Неточные совпадения
— Вы атеист, потому что вы барич, последний барич. Вы потеряли различие зла и добра, потому что перестали свой
народ узнавать. Идет новое поколение, прямо из
сердца народного, и не узнаете его вовсе ни вы, ни Верховенские, сын и отец, ни я, потому что я тоже барич, я, сын вашего крепостного лакея Пашки… Слушайте, добудьте бога трудом; вся суть в этом, или исчезнете, как подлая плесень; трудом добудьте.
Это были скучнейшие, но всегда многолюдные вечера с ужинами, на которых, кроме трех-четырех ораторов, гости, большею частию московские педагоги, сидели, уставя в молчании «брады свои» в тарелки, и терпеливо слушали, как по часу, стоя с бокалами в руках, разливались В.А. Гольцев на всевозможные модные тогда либеральные темы, Н.Н. Златовратский о «золотых
сердцах народа», а сам Д.И. Тихомиров, бия себя кулаками в грудь и потрясая огромной седой бородищей, вопиял:
Как вернуться в институтские стены и наслаждаться удобствами, комфортом и радостями ранней юности, когда родной её
сердцу народ, a с ним и все её близкие терпят лютые невзгоды, переживая все ужасы войны?..
Замечания г. Соловьева совершенно объясняют, какое значение нужно придавать сведениям о распространении церквей, монастырей и т. п. в древней Руси. Очевидно, что это распространение никак не может служить мерилом того, как глубоко правила новой веры проникли в
сердца народа. К этому можно прибавить заметку г. Соловьева и о том, что самые известия о содержании церквей щедротами великих князей могут указывать на недостаточность усердия новообращенных прихожан.
Неточные совпадения
Тужите, знай, со стороны нет мочи, // Сюда ваш батюшка зашел, я обмерла; // Вертелась перед ним, не помню что врала; // Ну что же стали вы? поклон, сударь, отвесьте. // Подите,
сердце не на месте; // Смотрите на часы, взгляните-ка в окно: // Валит
народ по улицам давно; // А в доме стук, ходьба, метут и убирают.
Зверский обычай порабощать себе подобного человека, возродившийся в знойных полосах Ассии, обычай, диким
народам приличный, обычай, знаменующий
сердце окаменелое и души отсутствие совершенное, простерся на лице земли быстротечно, широко и далеко.
— Жаль, написана бумажка щеголевато и слишком премудро для рабочего
народа. И затем — модное преклонение пред экономической наукой. Разумеется — наука есть наука, но следует помнить, что Томас Гоббэс сказал: наука — знание условное, безусловное же знание дается чувством. Переполнение головы плохо влияет на
сердце. Михайловский очень хорошо доказал это на Герберте Спенсере…
— Не сердись, все — в порядке! — говорил ему Алексей, подмигивая. — Марксисты —
народ хитрый, они тебя понимают, они тоже не прочь соединить гневное
сердце с расчетливой головой.
Швабрин и
народ, толпящийся около нас, помешали мне высказать все, чем исполнено было мое
сердце.