«Что такое обломовщина?» (Добролюбов Н. А., 1859) по всей классике
Но не нужно забывать, что подобная льгота дается Захарке по особому снисхождению или вследствие высших педагогических соображений и вовсе не находится в гармонии с общим ходом домашних дел.
Выдержки из русской классики со словом «снисхождение»
Багратион, зная Болконского за любимого и доверенного адъютанта, принял его с особенным начальническим отличием и снисхождением, объяснил ему, что, вероятно, нынче или завтра будет сражение, и предоставил ему полную свободу находиться при нем во время сражения или в ариергарде наблюдать за порядком отступления, «что́ тоже было очень важно».
На ее взгляд, во всей немецкой нации не было и не могло быть ни одного джентльмена. Она в немецком характере не замечала никакой мягкости, деликатности, снисхождения, ничего того, что делает жизнь так приятною в хорошем свете, с чем можно обойти какое-нибудь правило, нарушить общий обычай, не подчиниться уставу.
Платон. Да что мне здесь делать! Я в последний раз вам удовольствие, а себе муку делаю; так имейте сколько-нибудь снисхождения. Я и так судьбой своей обижен.
Как это ни парадоксально, но диалектика взаимодействия социального интеллекта и морального развития такова, что само применение ребёнком социального интеллекта в форме обмана взрослых заслуживает снисхождения.
Как в старых книгах предисловие взывает к снисходительности читателя, так в этой работе приходилось просить снисхождения у строгого героя, который не потерпел бы и ничтожного посягательства на свою правду.
Снисхождение должно быть первою добродетелью. Снисхождение в речах, в поступках, в мыслях: оно-то дает эту прелесть доброты, которая едва ли не любезнее всего на свете…
Его покой не нарушался раздорами, обиды не держал долго, в отношениях с друзьями проявлял снисхождение и миролюбие.
Как это ни парадоксально, но диалектика взаимодействия социального интеллекта и морального развития такова, что само применение ребёнком социального интеллекта в форме обмана взрослых заслуживает снисхождения.
Как в старых книгах предисловие взывает к снисходительности читателя, так в этой работе приходилось просить снисхождения у строгого героя, который не потерпел бы и ничтожного посягательства на свою правду.