Неточные совпадения
Поверьте, что если б Островский принялся выдумывать таких
людей и такие действия, то как бы ни драматична была завязка, как бы ни рельефно были выставлены все
характеры пьесы, произведение все-таки в целом осталось бы мертвым и фальшивым.
Если у нас
человек и подличает, так больше по слабости
характера; если сочиняет мошеннические спекуляции, так больше оттого, что окружающие его очень уж глупы и доверчивы; если и угнетает других, то больше потому, что это никакого усилия не стоит, так все податливы и покорны.
По крайней мере видно, что уже и в это время автор был поражен тем неприязненным и мрачным
характером, каким у нас большею частию отличаются отношения самых близких между собою
людей.
А что касается до потрафленья, так тут опять немного нужно соображенья: ври о своей покорности, благодарности, о счастии служить такому
человеку, о своем ничтожестве перед ним! — больше ничего и не нужно для того, чтобы ублажить глупого мужика деспотического
характера.
Самодур все силится доказать, что ему никто не указ и что он — что захочет, то и сделает; между тем
человек действительно независимый и сильный душою никогда не захочет этого доказывать: он употребляет силу своего
характера только там, где это нужно, не растрачивая ее, в виде опыта, на нелепые затеи.
Но беда в том, что под влиянием самодурства самые честные
люди мельчают и истомляются в рабской бездеятельности, а делом занимаются только
люди, в которых собственно человечные стороны
характера наименее развиты.
И деятельность этих
людей, вследствие совершенного извращения их понятий под влиянием самодурства, имеет тоже
характер мелкий, частный и грубо эгоистический.
«У него такой отличный
характер, что он вынесет безропотно всякое оскорбление, будет любить самого недостойного
человека», — вот похвала, выше которой самодур ничего не знает.
Он мог надеть новый костюм, завести новую небель, пристраститься к шемпанскому; но в своей личности, в
характере, даже во внешней манере обращения с
людьми — он не хотел ничего изменить и во всех своих привычках он остался верен своей самодурной натуре, и в нем мы видим довольно любопытный образчик того, каким манером на всякого самодура действует образование.
— Да, он глуп, но — в меру возраста. Всякому возрасту соответствует определенная доза глупости и ума. То, что называется сложностью в химии, — вполне законно, а то, что принимается за сложность в
характере человека, часто бывает только его выдумкой, его игрой. Например — женщины…
Этим объяснялось для Нехлюдова то удивительное явление, что самые кроткие по
характеру люди, неспособные не только причинить, но видеть страданий живых существ, спокойно готовились к убийствам людей, и все почти признавали в известных случаях убийство, как орудие самозащиты и достижения высшей цели общего блага, законным и справедливым.
Сенатор был по
характеру человек добрый и любивший рассеяния; он провел всю жизнь в мире, освещенном лампами, в мире официально-дипломатическом и придворно-служебном, не догадываясь, что есть другой мир, посерьезнее, — несмотря даже на то, что все события с 1789 до 1815 не только прошли возле, но зацеплялись за него.
Неточные совпадения
Счастлив писатель, который мимо
характеров скучных, противных, поражающих и печальною своею действительностью, приближается к
характерам, являющим высокое достоинство
человека, который из великого омута ежедневно вращающихся образов избрал одни немногие исключения, который не изменял ни разу возвышенного строя своей лиры, не ниспускался с вершины своей к бедным, ничтожным своим собратьям, и, не касаясь земли, весь повергался и в свои далеко отторгнутые от нее и возвеличенные образы.
Что же за
человек такой, какого нрава, каких свойств и какого
характера был помещик Андрей Иванович Тентетников?
А между тем в существе своем Андрей Иванович был не то доброе, не то дурное существо, а просто — коптитель неба. Так как уже немало есть на белом свете
людей, коптящих небо, то почему же и Тентетникову не коптить его? Впрочем, вот в немногих словах весь журнал его дня, и пусть из него судит читатель сам, какой у него был
характер.
Правда, в таком
характере есть уже что-то отталкивающее, и тот же читатель, который на жизненной своей дороге будет дружен с таким
человеком, будет водить с ним хлеб-соль и проводить приятно время, станет глядеть на него косо, если он очутится героем драмы или поэмы.
Между нами есть довольно
людей и умных, и образованных, и добрых, но
людей постоянно приятных,
людей постоянно ровного
характера,
людей, с которыми можно прожить век и не поссориться, — я не знаю, много ли у нас можно отыскать таких
людей!