Цитаты со словом «поедать»
Область
поиска
поиска
по произведению «Роберт Овэн и его попытки общественных реформ» (Добролюбов Н. А., 1859)
искать по всей классике
искать по всей классике
Область
поиска
поиска
Его обвиняли как утописта, мечтающего переделать все человечество, ему доказывали необходимость безуспешности его стремлений; но в то же время большая часть противников не могла не согласиться, что очень было бы хорошо, если бы предположения Овэна были осуществимы.
Лучшие умы нашего столетия выражали свое сочувствие Овэну; даже государственные люди, князья и правители были одно время благосклонно заинтересованы его начинаниями.
В одном из некрологов Овэна мы нашли, между прочим, следующее известие: «Император Николай, бывши еще великим князем, посетил Нью-Лэнэрк и, осмотревши учреждения Овэна — детский приют, жилища работников, мастерские, — долго с ним разговаривал и в заключение сказал ему: «Ваше отечество переполнено населением; переходите в Россию миллионами с двумя ваших соотечественников и организуйте их в общины, точно так, как здесь; я охотно приму их».
Свидетельствуя о том, как наглядны были выгоды системы Овэна даже для неприготовленного взора, — факт этот в то же время мог бы быть очень лестным для нашего национального самолюбия, если бы в самом деле у нас были хоть сколько-нибудь распространены сведения об Овэне и предположенных им общественных реформах.
Родители его были бедные люди и потому не могли дать ему хорошего теоретического образования.
Девяти лет он был уже сидельцем в лавке одного купца и очень рано выказал необыкновенную практическую сметливость.
Восемнадцати лет Овэн был уже в доле у основателя обширной хлопчатобумажной фабрики, Дэля, на дочери которого потом он женился.
Это было в 1789 году, и отсюда начинается блестящий период практической деятельности Овэна.
Это обстоятельство было чрезвычайно важно в то время, когда приложение пара к фабричным производствам было еще неизвестно.
Фабрика была основана в обширных размерах, и работников на нее требовалось много; при этом, конечно, нельзя было делать слишком строгого выбора.
А между тем фабричная работа по самому существу своему не была в то время особенно привлекательна.
Индустриализм только что начал тогда в Англии приходить в силу, и первый принцип, приложенный им к делу, был — эксплуатация рабочих сил посредством капитала.
Разумеется, работникам не было сладко от этого, и на фабрики шли люди только оттого, что им было некуда деваться.
Само собою разумеется, что не везде в одинаковой степени проявлялась эта неприязнь, потому что не все хозяева с одинаковым бесстыдством эксплуатировали работников; но основа взаимных отношений между теми и другими везде была одинакова.
Основатель колонии Нью-Лэнэрка, Дэль, был нисколько не хуже — и даже, может быть, лучше — многих других фабрикантов; но, следуя обычной системе обращения хозяев с работниками, он ничего не мог сделать с ними.
Невыгоды его положения увеличивались еще тем, что народ, собравшийся к нему на фабрику, действительно был избалован и развращен.
Это был всякий сброд из разных стран, невежественный, ленивый и безнравственный.
Когда же, таким образом, внутренняя опора честности и порядочности, внутренний возбудитель к деятельности — исчезали, тогда уже не было возможности удержать эту массу людей, бросившуюся во всевозможные пороки и гадости.
В Нью-Лэнэрке было 2000 человек, и между ними едва можно было найти какой-нибудь десяток людей, хоть несколько порядочных.
Если недоставало своих денег, то нипочем было — украсть что-нибудь у товарища.
Все надо было прятать под замками; чуть что плохо лежало, — ничему спуску не было в Нью-Лэнэрке.
Все были на ножах друг против друга, никто не мог ни на кого положиться, никто не считал безопасным себя и свое имущество…
Чему они тут могли научиться, об этом уж и упоминать нечего; но, кроме нравственного вреда, и для самого их здоровья преждевременные, однообразные работы на фабрике были чрезвычайно гибельны.
Таким образом, вся колония, испорченная и расстроенная в настоящем не имела никаких шансов и в будущем: нельзя было надеяться даже на то, что вот через несколько лет подрастет новое поколение, которое будет лучше предыдущего.
На место прогнанных поступали новые работники, и как бы они ни были хороши сначала, общий поток увлекал и их спустя несколько дней по их вступлении на фабрику.
А уж если недоставало и на выпивку, то всегда было под рукою легкое средство — украсть…
Словом — не было, по-видимому, никаких средств улучшить положение фабрики и самой колонии, когда Дэль передал управление Нью-Лэнэрком Роберту Овэну.
Взявши на свои руки хлопчатобумажную фабрику Дэля, Овэн нашел, что доходы с нее были чрезвычайно ничтожны.
Первое, что ему бросилось в глаза, было дурное качество товаров, приготовляемых на фабрике, и дурной ход всех фабричных работ.
В человеке, при рождении его на свет, нет ни положительного зла, ни положительного добра, а есть только возможность, способность к тому и другому.
Как человек умный и практический, Овэн скоро понял, что главной причиной дурного хода дел на фабрике была взаимная недоверчивость и даже неприязнь, существовавшая между хозяевами и работниками.
Сам он не был жаден к барышам и охотно придал бы всему предприятию некоторый вид ремесленной ассоциации.
Но он не один владел фабрикой и потому должен был действовать в пользу рабочих, не нарушая интересов антрепренерских.
Доходы с фабрики были, впрочем, — как уже сказано, — невелики, и потому Овэну небольшого труда стоило уговорить компаньонов предоставить ему полную свободу действий, причем он обещал верные выгоды, а не убыток.
Он был уверен, что как скоро рабочие получат убеждение в том, что хозяин к ним расположен и заботится об их выгодах, то они и сами станут заботиться об интересах хозяина.
Четыре года продолжалась борьба Овэна с беспорядками и развратом всей колонии, и по прошествии этих четырех лет Нью-Лэнэрк принял такой вид, что его узнать нельзя было: Овэн устроил образцовое поселение и вместе с тем чрезвычайно выгодную фабрику.
Идеи эти состояли в том, что польза самого дела требует от хозяина заботливости о работниках и что успех предприятия может быть обеспечен только полною добросовестностью и доверием в их взаимных отношениях.
Затем намерения Овэна были: по возможности удалить от работников все, что до сих пор неблагоприятно действовало на их материальный быт, и потом облагородить их нравственную сторону.
Содействие этим намерениям — вот все, чего желал Овэн от своих помощников; очевидно, что и им самим не было неприятно ему содействовать.
«Барыш будет уже от того, что они тут жить будут, — рассчитывал Овэн, — как бы ни была ничтожна наемная плата, для фабрики в конце счетов все-таки будет выгода».
Действительно, мало-помалу многие работники перешли на житье в новое помещение, которое было несравненно дешевле их прежних квартир и представляло более удобств.
Убытка ему не было, а между тем рабочие увидели вдруг огромную разницу в своих расходах.
Прежде в Нью-Лэнэрке торговали барышники, вытягивавшие последний сок из беспорядочного и пьяного населения: что было нужно, за то просили впятеро; у кого не было денег, тому отпускали в долг с ужасными процентами, обманывали и обсчитывали на каждом шагу.
Каждому работнику дана была книжка для записи получаемого им жалованья.
Мало-помалу все убедились, что Овэн не надувает их, все обратились к его лавочкам и вслед за тем (что было всего важнее для Овэна) увидели, что им можно жить не хуже прежнего и между тем все-таки делать сбережение из заработной платы.
Довести работников до этого убеждения было необходимо Овэну особенно потому, что этим только путем надеялся он подействовать на искоренение пьянства в Нью-Лэнэрке.
Воровство и важные беспорядки уменьшились довольно скоро; удобные и дешевые квартиры, честная продажа товаров, всегда аккуратный и справедливый расчет с работниками — были достаточны для того, чтобы значительно ослабить и почти уничтожить в них наклонность к воровству, грабежу и грубому, наглому мошенничеству.
Разумеется, посторонняя виноторговля была этим сильно подорвана и через несколько времени исчезла из Нью-Лэнэрка.
Но во многих наклонность к пьянству ослабела уже от одного того, что не была возбуждаема и поддерживаема беспрерывными искушениями и зазываньями, какие употреблялись прежними виноторговцами.
Между прочим, сильно помогло ему в этом одно устроенное им учреждение для холостых работников, которые, разумеется, и были самыми опасными кутилами.
Предложения из русской классики со словом «поедать»
Федор же Тимофеич был иного рода господин. Этот, проснувшись, не издавал никакого звука, не шевелился и даже не открывал глаз. Он охотно бы не просыпался, потому что, как видно было, он недолюбливал жизни. Ничто его не интересовало, ко всему он относился вяло и небрежно, все презирал и даже, поедая свой вкусный обед, брезгливо фыркал.
Их очень портят и даже истребляют и живые враги: земляные улитки, или слизни, которые, плотно приклеясь к грибам, точат и поедают шляпки и корни их.
Главная вина моя в том, что я слишком заботился собирать те сокровища, которые и тать ворует и тля поедает, но о другом-то мало помышлял, и потому доктор прав: не мне кого-либо осуждать…
Там они сначала жадно поедали всё, что предлагал им учитель, а потом играли, наполняя воздух на целую версту вокруг себя шумом и смехом.
Им не хватает казенного хлеба по три фунта на человека; они прикупают его каждый день у товарищей и всегда поедают его вместе, обыкновенно вечером, не обмениваясь при этом ни единым словом.
Предложения со словом «поедать»
- И вот уже на протяжении многих лет местные жители добросовестно выращивают эти яблони и с удовольствием поедают выросшие на них плоды.
- При нашем появлении солдаты поспешно вскочили, выстроились по росту и замерли, поедая глазами начальство.
- Они проклевали мешок, высыпали гвозди и с аппетитом стали поедать их.
- (все предложения)
Сочетаемость слова «поедать»
Значение слова «поедать»
ПОЕДА́ТЬ, -а́ю, -а́ешь; несов., перех. 1. Есть, съедать. (Малый академический словарь, МАС)
Отправить комментарий
Значение слова «поедать»
ПОЕДА́ТЬ, -а́ю, -а́ешь; несов., перех. 1. Есть, съедать.
Все значения слова «поедать»Предложения со словом «поедать»
И вот уже на протяжении многих лет местные жители добросовестно выращивают эти яблони и с удовольствием поедают выросшие на них плоды.
При нашем появлении солдаты поспешно вскочили, выстроились по росту и замерли, поедая глазами начальство.
Они проклевали мешок, высыпали гвозди и с аппетитом стали поедать их.
- (все предложения)