Вообще же о степени их важности можно судить по тому, что
в числе их находятся, например, такие распоряжения: о незаседании в приказах с 24 декабря по 8-е января; о клеймении преступников, подвергшихся вторичному наказанию и ссылке, буквою В; о запрещении извозчикам стоять в Кремле с лошадьми и пр. (том II, стр. 356–357).
Неточные совпадения
В первом из этих отделений находятся 1) материалы для истории Петра Великого, собранные при жизни
его: выписки из подлинного дела о стрелецком бунте 1698 года, дело о мятеже башкирском
в 1708 году, документы о бунте булавинском; ведомости о
числе войск и орудий
в разное время, о каналах, заводах, фабриках и пр., о действиях
в шведскую войну; журналы походов и путешествий Петра Великого и пр.; кроме того — 2) собственноручные черновые бумаги Петра, —
его ученические тетради, проекты законов, указов, рескриптов, счеты, письма и пр.
Коллинс говорит еще больше;
он утверждает, что «царя Алексея Михайловича можно было бы поставить
в числе самых добрых и мудрых правителей, если бы все
его благие намерения не направлялись к злу боярами и шпионами, которые, подобно густому облаку, окружают
его» (Коллинс, стр. 13).
Что представления Петру разных лиц были делом обыкновенным и что за
ними зорко следили приверженцы обеих партий, видно из следующей выписки из письма Шакловитого к Голицыну во время первого крымского похода: «Сего ж
числа, после часов, были у государя у руки новгородцы, которые едут на службу; и как
их изволил жаловать государь царь Петр Алексеевич,
в то время, подступя, нарочно встав с лавки, Черкасский объявил тихим голосом князь Василья Путятина: прикажи, государь мой,
в полку присмотреть, каков
он там будет?» (Устрялов, том I, приложение VII, стр. 356).
С собою Петр взял 31 000 войска, состоявшего из новых полков и из стрельцов московских, а на Крым, по
его повелению, «поднялась огромная масса ратных людей, наиболее конных, старинного московского устройства,
в числе 120 000 человек».
Вот эти слова, писанные
в рукописи не самим Петром, но
его рукою поправленные и дополненные: «Дабы то (то есть строение кораблей) вечно утвердилось
в России, умыслил искусство дела того ввесть
в народ свой и того ради многое
число людей благородных послал
в Голландию и иные государства учиться архитектуры и управления корабельного.
Составлять великие, гениальные проекты задним
числом вовсе не трудно для историка; но нужно, чтобы
они имели положительное, фактическое основание; а этого-то и нет
в настоящем случае.
Следователи и судьи очень удивлялись, между прочим, тому, что он спрятал кошелек и вещи под камень, не воспользовавшись ими, а пуще всего тому, что он не только не помнил в подробности всех вещей, собственно им похищенных, но даже
в числе их ошибся.
Гостиная и зала понемногу наполнялись гостями;
в числе их, как и всегда бывает на детских вечерах, было несколько больших детей, которые не хотели пропустить случая повеселиться и потанцевать, как будто для того только, чтобы сделать удовольствие хозяйке дома.
Бунт кончился; невежество было подавлено, и на место его водворено просвещение. Через полчаса Бородавкин, обремененный добычей, въезжал с триумфом в город, влача за собой множество пленников и заложников. И так как
в числе их оказались некоторые военачальники и другие первых трех классов особы, то он приказал обращаться с ними ласково (выколов, однако, для верности, глаза), а прочих сослать на каторгу.
Неточные совпадения
В это время, когда экипаж был таким образом остановлен, Селифан и Петрушка, набожно снявши шляпу, рассматривали, кто, как,
в чем и на чем ехал, считая
числом, сколько было всех и пеших и ехавших, а барин, приказавши
им не признаваться и не кланяться никому из знакомых лакеев, тоже принялся рассматривать робко сквозь стеклышка, находившиеся
в кожаных занавесках: за гробом шли, снявши шляпы, все чиновники.
Он отвечал на все пункты даже не заикнувшись, объявил, что Чичиков накупил мертвых душ на несколько тысяч и что
он сам продал
ему, потому что не видит причины, почему не продать; на вопрос, не шпион ли
он и не старается ли что-нибудь разведать, Ноздрев отвечал, что шпион, что еще
в школе, где
он с
ним вместе учился,
его называли фискалом, и что за это товарищи, а
в том
числе и
он, несколько
его поизмяли, так что нужно было потом приставить к одним вискам двести сорок пьявок, — то есть
он хотел было сказать сорок, но двести сказалось как-то само собою.
В последней строке не было размера, но это, впрочем, ничего: письмо было написано
в духе тогдашнего времени. Никакой подписи тоже не было: ни имени, ни фамилии, ни даже месяца и
числа.
В postscriptum [
В приписке (лат.).] было только прибавлено, что
его собственное сердце должно отгадать писавшую и что на бале у губернатора, имеющем быть завтра, будет присутствовать сам оригинал.
Заманчиво мелькали мне издали сквозь древесную зелень красная крыша и белые трубы помещичьего дома, и я ждал нетерпеливо, пока разойдутся на обе стороны заступавшие
его сады и
он покажется весь с своею, тогда, увы! вовсе не пошлою, наружностью; и по
нем старался я угадать, кто таков сам помещик, толст ли
он, и сыновья ли у
него, или целых шестеро дочерей с звонким девическим смехом, играми и вечною красавицей меньшею сестрицей, и черноглазы ли
они, и весельчак ли
он сам или хмурен, как сентябрь
в последних
числах, глядит
в календарь да говорит про скучную для юности рожь и пшеницу.
В нескольких шагах от меня стояла группа мужчин, и
в их числе драгунский капитан, изъявивший враждебные намерения против милой княжны;
он особенно был чем-то очень доволен, потирал руки, хохотал и перемигивался с товарищами.