Неточные совпадения
Теми или другими словами, с большим или меньшим прикрытием и приличием, все это много раз
было напечатано по поводу разных
статей «Современника», преимущественно критических.
Не
будет ли унижением для всей литературы, если вы
станете называть вздором и мелочью то, чем дорожат и восхищаются многие из почтенных и умных ее деятелей?»
Стало быть,
есть же и в них вещи, для кого-нибудь поучительные и интересные…
Читатель может спросить нас: «Зачем мы ввели это пространное, утомительное и крайне не новое рассуждение — в
статью, которая должна трактовать о литературных мелочах прошлого года?» Затем, — ответим мы читателю, — что нам нужно
было несколько общих положений для вывода, представляемого нами несколько строк ниже.
Очень скоро зрелые мудрецы выказали все наличные силы, сколько
было у них, — и оказалось, что они не могут
стать в уровень с современными потребностями.
Их дело
было очень просто: осмотреться вокруг себя и
стать на точку зрения настоящего, чтобы отсюда уже отправиться дальше.
Есть в предыдущем поколении и другие исключения из определенной нами нормы. Это, например, те, суровые прежде, мудрецы, которые поняли наконец, что надо искать источник мудрости в самой жизни, и вследствие того сделались в сорок лет шалунами, жуирами и
стали совершать подвиги, приличные только двадцатилетним юношам, — да, если правду сказать, так и тем неприличные. Но об исключениях такого рода распространяться не стоит.
Но
есть и другая причина: они спустились из безграничных сфер абсолютной мысли и
стали в ближайшее соприкосновение с действительной жизнью.
В следующей
статье мы укажем некоторые подробности того, каким образом до сих пор умела литература наша отнестись к вопросам, заданным ей жизнью. Теперь же пока представим читателям только «resume» прекрасных мыслей, в последнее время постоянно высказывавшихся в нашей литературе. Вот каковы
были эти мысли и вот как они высказывались...
По крайней мере одна из первых
статей по этому предмету
была.
Статья г. Бема о воспитании помещена
была в 1 № «Морского сборника» за 1856 год, и долго после того журнальные
статьи по этому предмету писались: «По поводу
статьи г. Бема», до тех пор, пока не явилась в «Морском» же «сборнике»
статья г. Пирогова; тогда
стали писать: «По поводу ”Вопросов жизни”» и начинать словами: «В настоящее время, когда вопрос о воспитании поднят «Морским сборником» и когда Пирогов высказал столь ясный взгляд на значение образования», и пр.
Печатать об этом
статьи стали уже тогда, когда вопрос
был значительно выяснен не только в общественном сознании, но даже и в административных распоряжениях.
Сначала это говорилось довольно неопределенно, в общих чертах, мимоходом, по поводу споров с «Русскою беседой» о народности, потом прямее высказали, что нам теперь нужно заимствовать многое от просвещенного Запада; наконец как-то в конце года, кажется по поводу
статьи г. Григорьева о Грановском, решительно
было высказано, что молодым ученым нашим полезно ездить учиться за границу.
Статья эта не
была самостоятельным голосом русского журнала, в котором явилась: в ней передавались данные из книги Тенгоборского (собиравшего сведения официальным образом), с замечаниями г.
Но все-таки, читая
статью, можно
было подумать, что вот возбуждается вопрос новый и важный, долженствующий войти в общественное сознание и побудить к чему-нибудь государственную деятельность.
В ответе своем противникам он привел до двадцати
статей из «Свода законов», из которых видно, что отстранение стеснений ео внешней торговле постоянно
было в видах правительства; кроме того, он сослался на понижение тарифа в 1850 и 1854 годах, указал на несколько частных постановлений о понижении пошлин, намекнул даже на то, что готовится новый тариф, еще более пониженный, словом — доказал, что он в своей
статье повторял только то, что уже давно решено правительственным образом.
Мы помним, что первая или одна из первых
статей о полиции, обративших на себя общее внимание, начиналась ссылкою на «Le Nord», в котором напечатано
было известие о готовящемся у нас преобразовании полиции.
Автор ее изумляется, с какой
стати вдруг литература набросилась на откупа, которых прежде не трогала, хотя зло от них
было не менее сильно; а дело объясняется просто: в начале прошлого года уже решено
было падение нынешней откупной системы, — вот литераторы и принялись за нее…
Нет; — время
стало серьезнее, общество
стало самостоятельнее — это может
быть (хотя и то еще требует поверки очень строгой); а литература относительно общества осталась совершенно в том же положении, как и прежде.
Поднялся восточный вопрос и потом война: в литературе все оттеснено
было на задний план
статьями о Турции и рассказами о русских подвигах в битвах со врагами.
Мы помним, что там
было до десятка
статей, рассматривавших вопрос с той точки зрения, что получить выкуп за душу
было бы выгоднее для помещика, нежели не получать!..
«Русский вестник» все это печатал, как печатал и
статьи г. Иванова, в которых выкуп личности проводился по началам политической экономии; мало того — он сочинил по поводу их длинную «Заметку», в которой защищал и г. Иванова и г. Головачева, объясняя, что хотя, конечно, за душу брать выкупа не следует, но труд крестьянина должен
быть выкуплен (см. «Русский вестник», 1858 г., № 19, стр. 180–193).
В «Заметке» этой редакция, между прочим, так выражается о
статье г. Головачева: «
Статья эта не могла бы вызвать сильного протеста, если бы в ней не
было случайно употреблено выражение: выкуп личности».
Автор обратился с жалобою в «Московские ведомости», объявляя, что не признает своею
статью, напечатанную в «Журнале землевладельцев», «потому, что то же мнение он имел честь представить на обсуждение тульского комитета, и потому, что всякое литературное произведение
есть законная собственность сочинителя, подлежащая цензуре, которая или пропускает издание, или без приправок возвращает по принадлежности» («Московские ведомости», № 5, 1859 г.).
Потом «Сельское благоустройство» отозвалось о
статье «Русского вестника» почти теми же словами, какими сам он говорил об общинном владении, — то
есть что о
статье этой «странно говорить серьезно» («Сельское благоустройство», № 11, стр. 99).
Опять,
стало быть, вопреки «Русскому вестнику», пошла серьезная речь об общинном владении!..
Есть, конечно, противники; кто же
станет отвергать это?
Стало быть, они имеют для нее какую-то непостижимую важность!..
Впрочем, не
будем полагаться на читателей. Опытные люди говорят нам, что читатели бывают недовольны, когда им что-нибудь недосказывают, а в нашей
статье многое может показаться недосказанным. Вследствие этого мы находимся вынужденными сказать еще несколько заключительных слов о крупных и мелких мелочах, указанных нами. Заключение наше должно служить ответом на вопрос: зачем мы говорим о мелочах?
Действительно, литература сама по себе, без поддержки общества, бессильна;
стало быть, напрасно и требовать что-нибудь от нее, пока общество не изменит своих отношений к ней.
Неточные совпадения
Так мысль ее далече бродит: // Забыт и свет и шумный бал, // А глаз меж тем с нее не сводит // Какой-то важный генерал. // Друг другу тетушки мигнули, // И локтем Таню враз толкнули, // И каждая шепнула ей: // «Взгляни налево поскорей». — // «Налево? где? что там такое?» — // «Ну, что бы ни
было, гляди… // В той кучке, видишь? впереди, // Там, где еще в мундирах двое… // Вот отошел… вот боком
стал… — // «Кто? толстый этот генерал?»
«Ах! няня, сделай одолженье». — // «Изволь, родная, прикажи». // «Не думай… право… подозренье… // Но видишь… ах! не откажи». — // «Мой друг, вот Бог тебе порука». — // «Итак, пошли тихонько внука // С запиской этой к О… к тому… // К соседу… да велеть ему, // Чтоб он не говорил ни слова, // Чтоб он не называл меня…» — // «Кому же, милая моя? // Я нынче
стала бестолкова. // Кругом соседей много
есть; // Куда мне их и перечесть». —
Траги-нервических явлений, // Девичьих обмороков, слез // Давно терпеть не мог Евгений: // Довольно их он перенес. // Чудак, попав на пир огромный, // Уж
был сердит. Но, девы томной // Заметя трепетный порыв, // С досады взоры опустив, // Надулся он и, негодуя, // Поклялся Ленского взбесить // И уж порядком отомстить. // Теперь, заране торжествуя, // Он
стал чертить в душе своей // Карикатуры всех гостей.
П.А. Катенин (коему прекрасный поэтический талант не мешает
быть и тонким критиком) заметил нам, что сие исключение, может
быть и выгодное для читателей, вредит, однако ж, плану целого сочинения; ибо чрез то переход от Татьяны, уездной барышни, к Татьяне, знатной даме,
становится слишком неожиданным и необъясненным.
Но Ленский, не имев, конечно, // Охоты узы брака несть, // С Онегиным желал сердечно // Знакомство покороче свесть. // Они сошлись. Волна и камень, // Стихи и проза, лед и пламень // Не столь различны меж собой. // Сперва взаимной разнотой // Они друг другу
были скучны; // Потом понравились; потом // Съезжались каждый день верхом // И скоро
стали неразлучны. // Так люди (первый каюсь я) // От делать нечего друзья.