Читатели, конечно, поскучали бы немного; но зато мы отделались бы чрезвычайно легко, заслужили бы сочувствие
эстетических критиков и даже, — почему знать? — стяжали бы, может быть, название тонкого ценителя художественных красот и таковых же недостатков.
Люди эти, немецкие
эстетические критики, большей частью совершенно лишенные эстетического чувства, не зная того простого, непосредственного художественного впечатления, которое для чутких к искусству людей ясно выделяет это впечатление от всех других, но, веря на слово авторитету, признавшему Шекспира великим поэтом, стали восхвалять всего Шекспира подряд, особенно выделяя такие места, которые поражали их эффектами или выражали мысли, соответствующие их мировоззрениям, воображая себе, что эти-то эффекты и эти мысли и составляют сущность того, что называется искусством.
Как слепые долго и много перекладывали бы камушки и в конце концов не могли бы прийти ни к какому другому выводу, как тот, что все камни драгоценны, особенно же драгоценны самые гладкие, так и
эстетические критики, лишенные художественного чувства, не могли не прийти к таким же результатам по отношению к Шекспиру.
Преимущественно вследствие их писаний произошло то взаимодействие писателей и публики, которое выразилось и выражается теперь безумным, не имеющим никакого разумного основания, восхвалением Шекспира. Эти-то
эстетические критики писали глубокомысленные трактаты о Шекспире (написано 11000 томов о нем и составлена целая наука — шекспирология); публика же все больше и больше интересовалась, а ученые критики все более и более разъясняли, то есть путали и восхваляли.
Неточные совпадения
Наибольшую близость наша проблема имеет к содержанию третьей
критики Канта, именно к анализу
эстетического суждения, облеченному в чрезмерно схоластическую и не соответствующую своему предмету форму.
Нас здесь, однако, не интересует собственно
эстетическая теория Канта и вообще принципы «
Критики силы суждения» [Современный перевод названия трактата И. Канта — «
Критика способности суждения».
Белинский был самым значительным русским
критиком и единственным из русских
критиков, обладавшим художественной восприимчивостью и
эстетическим чувством.
Студентом в Дерпте, усердно читая все журналы, я знаком был со всем, что Дружинин написал выдающегося по литературной
критике. Он до сих пор, по-моему, не оценен еще как следует. В эти годы перед самой эпохой реформ Дружинин был самый выдающийся
критик художественной беллетристики, с определенным
эстетическим credo. И все его ближайшие собраты — Тургенев, Григорович, Боткин, Анненков — держались почти такого же credo. Этого отрицать нельзя.
Эдельсон был очень серьезный, начитанный и чуткий литературный
критик, и явись он в настоящее время, никто бы ему не поставил в вину его направления. Но он вовсе не замыкался в область одной эстетики. По университетскому образованию он имел сведения и по естественным наукам, и по вопросам политическим, и некоторые его статьи, написанные, как всегда, по собственной инициативе, касались разных вопросов, далеких от чисто
эстетической сферы.