Далее — что устройство нашей общественной среды не совсем удовлетворительно и что житейские отношения наши [совсем не] благоприятствуют нормальному развитию и свободной, здравой
деятельности человека, — об этом тоже написано у нас весьма много рассказов, даже самыми посредственными беллетристами.
Неточные совпадения
Все эти проделки мало коснулись г. Плещеева, так как начало его литературной
деятельности относится к сороковым годам, — когда была в ходу литература Горемык, Бедных
людей, Петербургских вершин и углов, — и возобновилась она только в последние годы, когда во всей силе процветало обличительное направление.
Таким образом, признавая в
человеке [одну только] способность к развитию и [одну только] наклонность к
деятельности (какого бы то ни было рода) и отдыху, мы из этого одного прямо можем вывести — с одной, стороны, естественное требование
человека, чтоб его никто не стеснял, чтоб предоставили ему пользоваться его личными; [неотъемлемыми] средствами и безмездными [, никому не принадлежащими,] благами природы, а с другой стороны — столь же естественное сознание, что и ему не нужно посягать на права других и вредить чужой
деятельности.
Если посмотреть просто и беспристрастно, то окажется, что желание избавиться от стеснений и любовь к самостоятельной
деятельности так же точно неотъемлемо принадлежат
человеку, как желание пить, есть, любить женщину.
Значит, нормальным положением мы признаем то, чтобы
человек пил, ел, любил женщину, сознавал свою личность, стремился к свободной
деятельности.
Видя, что естественная наклонность к самостоятельной, нормальной
деятельности встречает препятствие на прямой дороге, все эти
люди пробуют свернуть с нее немножко, в надежде, что, обошедши одно препятствие, они опять могут попасть на свой прежний путь.
Так и запутывается
человек, при каждом шаге все-таки думая, что он избирает наилучшее средство для устранения помех и доставления простора своей
деятельности.
И общая
людям наклонность к
деятельности выражается в них тем, что они нападают на несчастных путников и стараются толкнуть их на прямую дорогу.
Пашинцев, как и множество других героев повестей этого рода, вовсе не представляет феномена; вся среда, заедающая его, состоит именно из таких же
людей, как и он сам: у всех есть добрые наклонности, но нет инициативы в характере, нет решимости на самостоятельную
деятельность.
Недавно мы видели, как один из талантливейших наших писателей пробовал создание дельного практического характера и как ему мало удалось это создание, несмотря на то, что [он взял еще не русского
человека и] дал ему такую цель жизни, которая представляла полную возможность наполнить его историю самой живой
деятельностью…
— Говорил он о том, что хозяйственная
деятельность людей, по смыслу своему, религиозна и жертвенна, что во Христе сияла душа Авеля, который жил от плодов земли, а от Каина пошли окаянные люди, корыстолюбцы, соблазненные дьяволом инженеры, химики. Эта ерунда чем-то восхищала Тугана-Барановского, он изгибался на длинных ногах своих и скрипел: мы — аграрная страна, да, да! Затем курносенький стихотворец читал что-то смешное: «В ладье мечты утешимся, сны горе утолят», — что-то в этом роде.
Безграничные океаны с их грозами, простор и красота мира, кипучая и разнообразная
деятельность людей — все это подменилось представлением о листе бумаги с пятнами, чертами и кружками…
Неточные совпадения
Кажется, как будто ее мало заботило то, о чем заботятся, или оттого, что всепоглощающая
деятельность мужа ничего не оставила на ее долю, или оттого, что она принадлежала, по самому сложению своему, к тому философическому разряду
людей, которые, имея и чувства, и мысли, и ум, живут как-то вполовину, на жизнь глядят вполглаза и, видя возмутительные тревоги и борьбы, говорят: «<Пусть> их, дураки, бесятся!
— Стало быть, вы молитесь затем, чтобы угодить тому, которому молитесь, чтобы спасти свою душу, и это дает вам силы и заставляет вас подыматься рано с постели. Поверьте, что если <бы> вы взялись за должность свою таким образом, как бы в уверенности, что служите тому, кому вы молитесь, у вас бы появилась
деятельность, и вас никто из
людей не в силах <был бы> охладить.
Он говорил, что прежде всего следует пробудить в
человеке честолюбье, — честолюбье называл он силою, толкающею вперед
человека, — без которого не подвигнешь его на
деятельность.
Притом же это республиканское устройство бурсы, это ужасное множество молодых, дюжих, здоровых
людей — все это должно было им внушить
деятельность совершенно вне их учебного занятия.
Скажут, может быть, что она совестится показаться неисправной в глазах постороннего
человека в таком предмете, как хозяйство, на котором сосредоточивалось ее самолюбие и вся ее
деятельность!