Часто слух ее как будто прояснялся, между тем как вся она оставалась в том расслабленном состоянии, похожем на летаргию, и внятно слышались ей тогда отрывистые речи гостей скотницы, долго еще за полночь толковавших о деяниях одноглазого лешего, чужого домового, моргуньи-русалки, ведьмы киевской и сестры ее муромской, бабы-яги костяной ноги и птицы-гаганы…
Была ли она задолго еще перед тем под влиянием грустного чувства, тяготило ли ее, более чем когда-нибудь, одиночество или была другая какая причина, но только вся жизнь, все горести, вся судьба ее прояснились, пробудились и разом отозвались в ее сердце; в эту минуту с мыслью о матери как бы впервые сознала она всю горечь тяжкой своей доли.
Небо прояснилось окончательно. Ярко светили холодные незнакомые звёзды. Искрился под ногами снежок, мелкий, как пыль. Ночью собирался ударить сильный мороз.
А я только сейчас смогла как следует вдохнуть. Морозная свежесть помогла голове проясниться.
Участливые руки резко, но не сильно похлопали по спине и щекам, и в голове немного прояснилось.
Небо прояснилось окончательно. Ярко светили холодные незнакомые звёзды. Искрился под ногами снежок, мелкий, как пыль. Ночью собирался ударить сильный мороз.