«Гуттаперчевый мальчик» (Григорович Д. В., 1883) по всей классике
Самолюбие большинства было всегда более или менее задето обращением Эдвардса, никогда не соблюдавшего степеней и отличий: первый ли сюжет, являвшийся в труппу с известным именем, простой ли смертный темного происхождения, — для него было безразлично.
Есть люди, о которых трудно сказать что-нибудь такое, что представило бы их разом и целиком, в их самом типическом и характерном виде; это те люди, которых обыкновенно называют людьми «обыкновенными», «большинством», и которые действительно составляют огромное большинство всякого общества.
Смотря по различию талантов, и повести этого рода имели больше или меньше значения; но все они заключали в себе тот недостаток, что попадали лишь в небольшую (сравнительно) часть общества и не имели почтой никакого отношения к большинству.
Они были во всех группах: и среди вятичей, и среди хохлов, всюду чувствуя себя на своем месте, но большинство их собралось у копра, как у работы — сравнительно с работой на тачках и с киркой — более легкой.
Ибо социальная демократия – это набор социальных прав и их гарантий, направленных прежде всего на улучшение реального положения простого народа, т. е. подавляющего большинства населения страны.
Люди делятся на человекоподобных и Человека. Первых большинство, а потому они нормальны в жизни. Человек — ненормален. Во всем. Идите к этой ненормальности. Это огромное, к чему должен подойти человек. Это не парадокс.
Такая точка зрения – естественное следствие преобладания разума над чувствами как в случае моих родителей, так и в случае большинства людей.
То есть в подавляющем большинстве случае люди лучше запомнят ваши первые и последние слова, чем остальное.
Ибо социальная демократия – это набор социальных прав и их гарантий, направленных прежде всего на улучшение реального положения простого народа, т. е. подавляющего большинства населения страны.