Нет, это не его женщина! За женщину страшно, за человечество страшно, — что женщина может быть честной только случайно, когда любит, перед тем только, кого любит, и только в ту минуту, когда любит, или тогда, наконец, когда природа отказала ей в красоте, следовательно — когда нет никаких страстей, никаких соблазнов и борьбы, и нет никому дела до ее
правды и лжи!
Область постижений язычества, со всей их
правдой и ложью, широтой и ограниченностью, была прежде всего запрещена иудейству, и это запрещение даже не позволяло к нему и присмотреться достаточно близко, чтобы оценить справедливее и понять шире.
Но поскольку эта идея утверждалась в отрыве от христианства, которое было ее истоком, в нее входил яд, и это сказалось на двойственности коммунизма, на переплетении в нем
правды и лжи.
Вопрос о
правде и лжи нравственной жизни становится тут совсем в иной плоскости, чем, напр., у Канта, который не допускает самой невинной лжи во имя спасения жизни людей и впадает в законнический педантизм.
Неточные совпадения
Дронов не возразил ему. Клим понимал, что Дронов выдумывает, но он так убедительно спокойно рассказывал о своих видениях, что Клим чувствовал желание принять
ложь как
правду. В конце концов Клим не мог понять, как именно относится он к этому мальчику, который все сильнее
и привлекал
и отталкивал его.
— Грешен, — сказал Туробоев, наклонив голову. — Видите ли, Самгин, далеко не всегда удобно
и почти всегда бесполезно платить людям честной медью. Да
и — так ли уж честна эта медь
правды? Существует старинный обычай: перед тем, как отлить колокол, призывающий нас в дом божий, распространяют какую-нибудь выдумку,
ложь, от этого медь будто бы становится звучней.
— Да — разве я о политике! — звонко
и горестно вскрикнул Диомидов. — Это не политика, а —
ложь! То есть — поймите! —
правда это,
правда!
— Я знаю, это вам тетушка успела наговорить. Это
ложь, ей-богу,
ложь! Никакой дарственной записи дядюшка не делал. Хотя,
правда, в завещании
и упоминается о какой-то записи; но где же она? никто не представил ее. Я вам это говорю потому, что искренно желаю вам добра. Ей-богу, это
ложь!
«Да как же это можно, чтоб я за всех виноват был, — смеется мне всякий в глаза, — ну разве я могу быть за вас, например, виноват?» — «Да где, — отвечаю им, — вам это
и познать, когда весь мир давно уже на другую дорогу вышел
и когда сущую
ложь за
правду считаем да
и от других такой же
лжи требуем.