Неточные совпадения
Утром этого дня полицейский, за кусок яичного мыла и дюжину крючков, разрешил ему
стоять с товаром около цирка, в котором давалось дневное представление, и Илья свободно расположился у входа в цирк. Но пришёл помощник частного пристава, ударил его по шее, пнул ногой козлы,
на которых
стоял ящик, — товар рассыпался по земле, несколько вещей попортилось, упав в грязь, иные пропали. Подбирая с земли товар, Илья сказал помощнику...
Илья прошёл в ту комнату, где когда-то жил с дядей, и пристально осмотрел её: в ней только обои почернели да вместо двух кроватей
стояла одна и над ней висела полка с книгами.
На том месте, где спал Илья, помещался какой-то высокий неуклюжий
ящик.
— Судился мой товарищ Евгениев… Он, видите ли,
стоя на дежурстве у денежного
ящика, шутил с мальчиком да вдруг и застрелил его…
— Молчать! — крикнул Автономов из угла. Там он
стоял на коленях и рылся в
ящике комода.
Неточные совпадения
— Последнюю, что ль? — крикнул он
на малого, который,
стоя на переду тележного
ящика и помахивая концами пеньковых вожжей, ехал мимо.
В большой комнате
на крашеном полу крестообразно лежали темные ковровые дорожки,
стояли кривоногие старинные стулья, два таких же стола;
на одном из них бронзовый медведь держал в лапах стержень лампы;
на другом возвышался черный музыкальный
ящик; около стены, у двери, прижалась фисгармония, в углу — пестрая печь кузнецовских изразцов, рядом с печью — белые двери;
«Это я вздрогнул», — успокоил он себя и, поправив очки, заглянул в комнату, куда ушла Алина. Она,
стоя на коленях, выбрасывала из
ящика комода какие-то тряпки, коробки, футляры.
Загнали во двор старика, продавца красных воздушных пузырей, огромная гроздь их колебалась над его головой; потом вошел прилично одетый человек, с подвязанной черным платком щекою; очень сконфуженный, он, ни
на кого не глядя, скрылся в глубине двора, за углом дома. Клим понял его, он тоже чувствовал себя сконфуженно и глупо. Он
стоял в тени, за грудой
ящиков со стеклами для ламп, и слушал ленивенькую беседу полицейских с карманником.
Но это было нелегко, при качке, без Фаддеева, который где-нибудь
стоял на брасах или присутствовал вверху,
на ноках рей: он один знал, где что у меня лежит. Я отворял то тот, то другой
ящик, а
ящики лезли вон и толкали меня прочь. Хочешь сесть
на стул — качнет, и сядешь мимо. Я лег и заснул. Ветер смягчился и задул попутный; судно понеслось быстро.