Неточные совпадения
— Погоди! — смущённо сказал Илья, взяв
товарища за
руку. — Куда ты?
Он махнул
рукой, отвернулся от
товарища и замер неподвижно, крепко упираясь
руками в сиденье стула и опустив голову на грудь. Илья отошёл от него, сел на кровать в такой же позе, как Яков, и молчал, не зная, что сказать в утешение другу.
— Ну, что там? Какие деньги? Ерунда всё!.. — И, махнув
рукой, Яков задумался. — Поговорить-то нет у тебя время? — спросил он через минуту, оглядывая
товарища блуждающими глазами.
В сенях кто-то завозился, послышались глухие голоса, потом чья-то
рука долго скребла по двери, ища скобу.
Товарищи безмолвно ждали. Дверь отворилась медленно, не вдруг, и в подвал ввалился Перфишка. Он задел ногой за порог, покачнулся и упал на колени, подняв кверху правую
руку с гармоникой в ней.
Он закачался, встал на ноги и подошёл к
товарищам, протягивая им левую
руку...
В маленькой комнате, тесно заставленной ящиками с вином и какими-то сундуками, горела, вздрагивая, жестяная лампа. В полутьме и тесноте Лунёв не сразу увидал
товарища. Яков лежал на полу, голова его была в тени, и лицо казалось чёрным, страшным. Илья взял лампу в
руки и присел на корточки, освещая избитого. Синяки и ссадины покрывали лицо Якова безобразной тёмной маской, глаза его затекли в опухолях, он дышал тяжело, хрипел и, должно быть, ничего не видел, ибо спросил со стоном...
Павел горел от сознания обиды, нанесённой ему тяжёлой
рукой жизни; он тоже, как струна, вздрагивал от возбуждения и торопливо, бессвязно шептал
товарищу свои жалобы и догадки.
Голос у Якова стал слаб и звучал, как скрип пилы, режущей дерево. Читая, он поднимал левую
руку кверху, как бы приглашая больных в палате слушать зловещие пророчества Исайи. Большие мечтательные глаза придавали жёлтому лицу его что-то страшное. Увидав Илью, он бросал книгу и с беспокойством спрашивал
товарища всегда об одном...
Товарищи почтительно и молча пожали ей
руку, и она пошла, ведя за
руку Машу. Но у двери снова обернулась и, высоко вскинув голову, сказала Илье...
Лунёв стиснул его горячую
руку и молча уставился в лицо ему, не зная, что сказать
товарищу на прощанье. А сказать что-то такое хотелось, так хотелось, что даже сердце щемило от этого желания.
Молча сунув
руку товарищу, он помотал ею в воздухе и неожиданно, но не смешно отдал Лидии честь, по-солдатски приложив пальцы к фуражке. Закурил папиросу, потом спросил Лидию, мотнув головою на пожар заката:
Неточные совпадения
В продолжение немногих минут они вероятно бы разговорились и хорошо познакомились между собою, потому что уже начало было сделано, и оба почти в одно и то же время изъявили удовольствие, что пыль по дороге была совершенно прибита вчерашним дождем и теперь ехать и прохладно и приятно, как вошел чернявый его
товарищ, сбросив с головы на стол картуз свой, молодцевато взъерошив
рукой свои черные густые волосы.
Бывшие ученики его, умники и остряки, в которых ему мерещилась беспрестанно непокорность и заносчивое поведение, узнавши об жалком его положении, собрали тут же для него деньги, продав даже многое нужное; один только Павлуша Чичиков отговорился неимением и дал какой-то пятак серебра, который тут же
товарищи ему бросили, сказавши: «Эх ты, жила!» Закрыл лицо
руками бедный учитель, когда услышал о таком поступке бывших учеников своих; слезы градом полились из погасавших очей, как у бессильного дитяти.
Между тем моя ундина вскочила в лодку и махнула
товарищу рукою; он что-то положил слепому в
руку, примолвив: «На, купи себе пряников».
В нескольких шагах от меня стояла группа мужчин, и в их числе драгунский капитан, изъявивший враждебные намерения против милой княжны; он особенно был чем-то очень доволен, потирал
руки, хохотал и перемигивался с
товарищами.
Остались: один хмельной, но немного, сидевший за пивом, с виду мещанин;
товарищ его, толстый, огромный, в сибирке [Сибирка — верхняя одежда в виде короткого сарафана в талию со сборками и стоячим воротником.] и с седою бородой, очень захмелевший, задремавший на лавке, и изредка, вдруг, как бы спросонья, начинавший прищелкивать пальцами, расставив
руки врозь, и подпрыгивать верхнею частию корпуса, не вставая с лавки, причем подпевал какую-то ерунду, силясь припомнить стихи, вроде: