— Ладно! Я возьму… — сказал он наконец и тотчас вышел вон из комнаты. Решение взять у дяди деньги было неприятно ему; оно унижало его в своих глазах. Зачем ему сто рублей? Что можно сделать с ними? И он подумал, что, если б дядя предложил ему тысячу рублей, — он сразу перестроил бы свою беспокойную, тёмную жизнь на жизнь чистую, которая текла бы вдали от людей, в покойном одиночестве… А что, если спросить у дяди, сколько досталось на его долю денег старого тряпичника? Но эта мысль показалась ему противной…
— И не люблю, — сказал Илья твёрдо. — Кого любить? за что? Какие мне дары людьми подарены?.. Каждый за своим куском хлеба хочет на чужой шее доехать, а туда же говорят: люби меня, уважай меня! Нашли дурака! Уважь меня — я тебя тоже уважу. Подай мне мою долю, я, может, тебя полюблю тогда! Все одинаково жрать хотят…
— Мой-то еще, не знаю, — вернется, не вернется ли. Больно ладное пиво варят в Окуневе. А где пиво — там и Иван. Да вы погодите, кормильцы, я вас своим пивом напою. На спаса варила… Не гораздо густо пиво-то, доливали мы его, а вкусное было да сладкое.
Наличие внешнего индикатора не является острой необходимостью, поскольку можно просто доливать воду перед каждым использованием прибора, однако удобнее, если он всё-таки есть.
Листовой зелёный чай заливают небольшим количеством воды, настаивают несколько минут, а затем доливают кипяток и дают настояться напитку ещё некоторое время.
Наличие внешнего индикатора не является острой необходимостью, поскольку можно просто доливать воду перед каждым использованием прибора, однако удобнее, если он всё-таки есть.
Листовой зелёный чай заливают небольшим количеством воды, настаивают несколько минут, а затем доливают кипяток и дают настояться напитку ещё некоторое время.
Приказ отца. Он сказал, что я вырос, и запретил слугам доливать масло в светильники моей комнаты.