Неточные совпадения
— Стой! — сказал Тихон Павлович,
вышел из телеги и посмотрел кругом. Шагах в сорока от него тёмной, угловатой кучей рисовался во
мраке ночи хутор; справа, рядом с ним — запруда. Тёмная вода в ней была неподвижна и страшила этой неподвижностью. Всё кругом было так тихо и жутко. Густо одетые тенью ивы на плотине стояли прямо, строго и сурово. Где-то падали капли… Вдруг на запруду налетел ветер
из рощи; вода испуганно всколыхнулась, и раздался тихий, жалобный плеск… И деревья, стряхивая сон, тоже зашумели.
Вот
вышла из мрака одна тень, хлопнула: раз-раз! — и исчезла неведомо куда; смотришь, на место ее выступает уж другая тень и тоже хлопает, как попало, и исчезает…"Раззорю!","Не потерплю!" — слышится со всех сторон, а что разорю, чего не потерплю — того разобрать невозможно.
Хотя ничего не делается вдруг, хотя достохвальные усилия московских князей от Калиты до Василия Темного приготовили многое для единовластия и русского внутреннего могущества, но Россия только при Иоанне III как бы
вышла из мрака к свету, из мрака, среди которого не имела ни твердого образа, ни полного государственного бытия.
Неточные совпадения
Из глубины
мрака вышел человек, в шляпе и пальто, и взял меня за руку.
И он круто повернул в другую улицу, оставив Алешу одного во
мраке. Алеша
вышел из города и пошел полем к монастырю.
Долго, бывало, смотрит он, пока не стукнет что-нибудь около: он очнется — перед ним старая стена монастырская, старый образ: он в келье или в тереме. Он
выйдет задумчиво
из копоти древнего
мрака, пока не обвеет его свежий, теплый воздух.
Натаскали огромную кучу хвороста и прошлогодних сухих листьев и зажгли костер. Широкий столб веселого огня поднялся к небу. Точно испуганные, сразу исчезли последние остатки дня, уступив место
мраку, который,
выйдя из рощи, надвинулся на костер. Багровые пятна пугливо затрепетали по вершинам дубов, и казалось, что деревья зашевелились, закачались, то выглядывая в красное пространство света, то прячась назад в темноту.
Сначала их охватил полный
мрак, но через несколько минут, когда глаза привыкли, сделалось светлее, да и луна
вышла на чистую полосу неба и сквозь густоту дерев причудливыми узорами освещала дорогу. Перспектива просеки при этом лунном освещении, который лился бесконечно, представляла
из себя таинственную и великолепную картину.