Порою, при огне,
вода становилась красной, и отец мой говорил мне: «Ранили мы землю, потопит, сожжет она всех нас своего кровью, завидишь!» Конечно, это фантазия, но когда такие слова слышишь глубоко в земле, среди душной тьмы, плачевного хлюпанья воды и скрежета железа о камень, — забываешь о фантазиях.
Неточные совпадения
Пыльные, потные люди, весело и шумно перекликаясь, бегут обедать, многие спешат на берег и, быстро сбросив серые одежды, прыгают в море, — смуглые тела, падая в
воду, тотчас
становятся до смешного маленькими, точно темные крупинки пыли в большой чаше вина.
В синем небе полудня тает солнце, обливая
воду и землю жаркими лучами разных красок. Море дремлет и дышит опаловым туманом, синеватая
вода блестит
сталью, крепкий запах морской соли густо льется на берег.
— «Сиди смирно, Гвидо, — сказал отец, усмехаясь и стряхивая
воду с головы. — Какая польза ковырять море спичками? Береги силу, иначе тебя напрасно
станут ждать дома».
Так проводил он праздники, потом это
стало звать его и в будни — ведь когда человека схватит за сердце море, он сам
становится частью его, как сердце — только часть живого человека, и вот, бросив землю на руки брата, Туба ушел с компанией таких же, как сам он, влюбленных в простор, — к берегам Сицилии ловить кораллы: трудная, а славная работа, можно утонуть десять раз в день, но зато — сколько видишь удивительного, когда из синих
вод тяжело поднимается сеть — полукруг с железными зубцами на краю, и в ней — точно мысли в черепе — движется живое, разнообразных форм и цветов, а среди него — розовые ветви драгоценных кораллов — подарок моря.
Но как бы хорошо человек ни выбрал жизнь для себя — ее хватает лишь на несколько десятков лет, — когда просоленному морской
водою Туба минуло восемьдесят — его руки, изувеченные ревматизмом, отказались работать — достаточно! — искривленные ноги едва держали согнутый
стан, и, овеянный всеми ветрами старик, он с грустью вышел на остров, поднялся на гору, в хижину брата, к детям его и внукам, — это были люди слишком бедные для того, чтоб быть добрыми, и теперь старый Туба не мог — как делал раньше — приносить им много вкусных рыб.
Недалеко от берега в
воде отражается голубой Сириус; если долго присматриваться к этому тусклому пятну на
воде — рядом с ним
становится виден пробковый буек, круглый, точно голова человека, и совершенно неподвижный.
Они кончили есть. Один сбивал тонким прутом стеклянные капли
воды со стеблей трав, другой, следя за ним, чистил зубы сухой былинкой.
Становится всё более сухо и жарко. Быстро тают короткие тени полудня. Тихо плещет море, медленно течет серьезный рассказ...
Облака на горизонте опустились в море,
вода его
стала еще спокойнее и синей.
С этой стороны Сихотэ-Алинь казался грозным и недоступным. Вследствие размывов, а может быть, от каких-либо других причин здесь образовались узкие и глубокие распадки, похожие на каньоны. Казалось, будто горы дали трещины и эти трещины разошлись. По дну оврагов бежали ручьи, но их не было видно; внизу, во мгле, слышно было только, как шумели каскады. Ниже бег
воды становился покойнее, и тогда в рокоте ее можно было уловить игривые нотки.
Если вода холодная и воздух холодный, то ни вода не согреется, ни воздух не похолодеет. Но если воздух теплый, а вода холодная, что будет? — Из воздуха тепло будет переходить в воду,
вода станет все теплее, а воздух все холоднее, до тех пор, пока они сравняются.
Скоро вернулся Степка с бреднем. Дымов и Кирюха от долгого пребывания в
воде стали лиловыми и охрипли, но за рыбную ловлю принялись с охотой. Сначала они пошли по глубокому месту, вдоль камыша; тут Дымову было по шею, а малорослому Кирюхе с головой; последний захлебывался и пускал пузыри, а Дымов, натыкаясь на колючие корни, падал и путался в бредне, оба барахтались и шумели, и из их рыбной ловли выходила одна шалость.
У меня начали опять брать подлещики, как вдруг отец заметил, что от
воды стал подыматься туман, закричал нам, что мне пора идти к матери, и приказал Евсеичу отвести меня домой.
Неточные совпадения
В те дни, когда в садах Лицея // Я безмятежно расцветал, // Читал охотно Апулея, // А Цицерона не читал, // В те дни в таинственных долинах, // Весной, при кликах лебединых, // Близ
вод, сиявших в тишине, // Являться муза
стала мне. // Моя студенческая келья // Вдруг озарилась: муза в ней // Открыла пир младых затей, // Воспела детские веселья, // И славу нашей старины, // И сердца трепетные сны.
Уже сукна купил он себе такого, какого не носила вся губерния, и с этих пор
стал держаться более коричневых и красноватых цветов с искрою; уже приобрел он отличную пару и сам держал одну вожжу, заставляя пристяжную виться кольцом; уже завел он обычай вытираться губкой, намоченной в
воде, смешанной с одеколоном; уже покупал он весьма недешево какое-то мыло для сообщения гладкости коже, уже…
Генерал
стал умываться, брызгаясь и фыркая, как утка.
Вода с мылом летела во все стороны.
Я взял под уздцы лошадь княжны и свел ее в
воду, которая не была выше колен; мы тихонько
стали подвигаться наискось против течения.
Только что она испила
воды, как ей
стало легче, а минуты через три она скончалась.