— Так! — сказал офицер, откидываясь на спинку стула. Хрустнул пальцами
тонких рук, вытянул под столом ноги, поправил усы и спросил Николая...
Неточные совпадения
Лицо у него было желтоватое, вокруг глаз
тонкие, лучистые морщинки, голос тихий, а
руки всегда теплые.
Офицер быстро хватал книги
тонкими пальцами белой
руки, перелистывал их, встряхивал и ловким движением кисти отбрасывал в сторону. Порою книга мягко шлепалась на пол. Все молчали, было слышно тяжелое сопение вспотевших жандармов, звякали шпоры, иногда раздавался негромкий вопрос...
Мать ходила взад и вперед и смотрела на сына, Андрей, слушая его рассказы, стоял у окна, заложив
руки за спину. Павел расхаживал по комнате. У него отросла борода, мелкие кольца
тонких, темных волос густо вились на щеках, смягчая смуглый цвет лица.
Приближал свое лицо вплоть к тому, на что смотрел, и, поправляя очки
тонкими пальцами правой
руки, прищуривался, прицеливаясь безмолвным вопросом в предмет, интересовавший его.
Николай слушал, протирая очки, Софья смотрела, широко открыв свои огромные глаза и забывая курить угасавшую папиросу. Она сидела у пианино вполоборота к нему и порою тихо касалась клавиш
тонкими пальцами правой
руки. Аккорд осторожно вливался в речь матери, торопливо облекавшей чувства в простые, душевные слова.
Стоя рядом с ним, мать видела глаза, освещенные теплым и ясным светом. Положив
руки на спинку стула, а на них голову свою, он смотрел куда-то далеко, и все тело его, худое и
тонкое, но сильное, казалось, стремится вперед, точно стебель растения к свету солнца.
Худой и
тонкий, он охватил ее шею своими крепкими
руками, взглянул в ее глаза и засмеялся, говоря...
Размахивая
тонкими руками, прижимая их ко впалой груди, он держал голову так странно, точно его, когда-то, сильно ударили в подбородок, с той поры он, невольно взмахнув головой, уже не может опустить ее и навсегда принужден смотреть вверх.
Она сидела в том же положении, в каком усадил ее Валек, и все так же перебирала цветы; движения ее
тонких рук были медленны; глаза выделялись глубокою синевой на бледном лице; длинные ресницы были опущены.
Мне нравилось в нем все: и чистенькое, хорошо лежавшее на его тонкой фигуре платье, и походка, как будто слегка неуклюжая и, несмотря на это, изящная, и тихая улыбка, и какая-то особенная сдержанность среди шумной ватаги пансионеров, и то, как он, ответив урок у доски, обтирал белым платком свои
тонкие руки.
Неточные совпадения
Но так как все же он был человек военный, стало быть, не знал всех тонкостей гражданских проделок, то чрез несколько времени, посредством правдивой наружности и уменья подделаться ко всему, втерлись к нему в милость другие чиновники, и генерал скоро очутился в
руках еще больших мошенников, которых он вовсе не почитал такими; даже был доволен, что выбрал наконец людей как следует, и хвастался не в шутку
тонким уменьем различать способности.
На ней хорошо сидел матерчатый шелковый капот бледного цвета;
тонкая небольшая кисть
руки ее что-то бросила поспешно на стол и сжала батистовый платок с вышитыми уголками.
А иногда же, все позабывши, перо чертило само собой, без ведома хозяина, маленькую головку с
тонкими, острыми чертами, с приподнятой легкой прядью волос, упадавшей из-под гребня длинными
тонкими кудрями, молодыми обнаженными
руками, как бы летевшую, — и в изумленье видел хозяин, как выходил портрет той, с которой портрета не мог бы написать никакой живописец.
В других домах рассказывалось это несколько иначе: что у Чичикова нет вовсе никакой жены, но что он, как человек
тонкий и действующий наверняка, предпринял, с тем чтобы получить
руку дочери, начать дело с матери и имел с нею сердечную тайную связь, и что потом сделал декларацию насчет
руки дочери; но мать, испугавшись, чтобы не совершилось преступление, противное религии, и чувствуя в душе угрызение совести, отказала наотрез, и что вот потому Чичиков решился на похищение.
Он был среднего роста; стройный,
тонкий стан его и широкие плечи доказывали крепкое сложение, способное переносить все трудности кочевой жизни и перемены климатов, не побежденное ни развратом столичной жизни, ни бурями душевными; пыльный бархатный сюртучок его, застегнутый только на две нижние пуговицы, позволял разглядеть ослепительно чистое белье, изобличавшее привычки порядочного человека; его запачканные перчатки казались нарочно сшитыми по его маленькой аристократической
руке, и когда он снял одну перчатку, то я был удивлен худобой его бледных пальцев.