Неточные совпадения
Человек медленно снял меховую куртку, поднял одну ногу, смахнул шапкой снег с сапога, потом то же сделал с другой ногой, бросил шапку в угол и, качаясь на длинных ногах, пошел в
комнату. Подошел к стулу, осмотрел его, как бы убеждаясь в прочности, наконец сел и, прикрыв рот рукой, зевнул. Голова у него была правильно круглая и гладко острижена, бритые щеки и длинные усы концами вниз. Внимательно осмотрев
комнату большими выпуклыми глазами
серого цвета, он положил ногу на ногу и, качаясь на стуле, спросил...
Порою входили арестанты,
серые, однообразные, в тяжелых кожаных башмаках. Входя в полутемную
комнату, они мигали глазами. У одного на ногах звенели кандалы.
Хохол, высокий и сухой, покачиваясь на ногах, стоял среди
комнаты и смотрел на Николая сверху вниз, сунув руки в карманы, а Николай крепко сидел на стуле, окруженный облаками дыма, и на его
сером лице выступили красные пятна.
Крапчик с снова возвратившеюся к нему робостью вошел в эту
серую комнату, где лицом ко входу сидел в покойных вольтеровских креслах небольшого роста старик, с остатком слегка вьющихся волос на голове, с огромным зонтиком над глазами и в сером широком фраке.
Неточные совпадения
В ее суетливой заботливости о его столе, белье и
комнатах он видел только проявление главной черты ее характера, замеченной им еще в первое посещение, когда Акулина внесла внезапно в
комнату трепещущего петуха и когда хозяйка, несмотря на то, что смущена была неуместною ревностью кухарки, успела, однако, сказать ей, чтоб она отдала лавочнику не этого, а
серого петуха.
В
комнату вошел пожилой человек, в
сером сюртуке, с прорехою под мышкой, откуда торчал клочок рубашки, в
сером же жилете, с медными пуговицами, с голым, как колено, черепом и с необъятно широкими и густыми русыми с проседью бакенбардами, из которых каждой стало бы на три бороды.
Я подошел к другой кровати (их всего было две в
комнате), разделся и лег в
серые простыни.
У меня был дядька Иван Андреич. Он выучил меня стрелять, когда мне было еще 13 лет. Он достал маленькое ружьецо и давал мне из него стрелять, когда мы ходили гулять. И я убил раз галку и другой раз сороку. Но отец не знал, что я умею стрелять. Один раз, это было осенью, в маменькины именины, и мы ожидали дядюшку к обеду, и я сидел на окне и смотрел в ту сторону, откуда ему надо было приехать, а отец ходил по
комнате. Я увидел из-за рощи четверню
серых и коляску и закричал: «Едет! едет!..»
В теплом, приятном сумраке небольшой
комнаты за столом у самовара сидела маленькая, гладко причесанная старушка в золотых очках на остром, розовом носике; протянув Климу
серую, обезьянью лапку, перевязанную у кисти красной шерстинкой, она сказала, картавя, как девочка: