Неточные совпадения
— А напротив нас кузнец был, краснорожий такой и с
рыжей бородой. Веселый, добрый
мужик. Так солнце, по-моему, на него было похоже…
Вдруг на площадь галопом прискакал урядник, осадил
рыжую лошадь у крыльца волости и, размахивая в воздухе нагайкой, закричал на
мужика — крики толкались в стекла окна, но слов не было слышно.
Мужик встал, протянул руку, указывая вдаль, урядник прыгнул на землю, зашатался на ногах, бросил
мужику повод, хватаясь руками за перила, тяжело поднялся на крыльцо и исчез в дверях волости…
Мать смотрела на него сверху вниз и ждала момента, когда удобнее уйти в комнату. Лицо у
мужика было задумчивое, красивое, глаза грустные. Широкоплечий и высокий, он был одет в кафтан, сплошь покрытый заплатами, в чистую ситцевую рубаху,
рыжие, деревенского сукна штаны и опорки, надетые на босую ногу. Мать почему-то облегченно вздохнула. И вдруг, подчиняясь чутью, опередившему неясную мысль, она неожиданно для себя спросила его...
Повар приехал несколькими минутами ранее нас и, по-видимому, уже успел распорядиться и предупредить кого следовало, потому что при самом въезде в околицу встретил нас староста (сын бурмистра), дюжий и
рыжий мужик в косую сажень ростом, верхом и без шапки, в новом армяке нараспашку.
Ночь уходила; пропели последние петухи; Михаил Андреевич Бодростин лежал бездыханный в большой зале, а Иосаф Платонович Висленев сидел на изорванном кресле в конторе; пред ним, как раз насупротив, упираясь своими ногами в ножки его кресла, помещался огромный
рыжий мужик, с длинною палкой в руках и дремал, у дверей стояли два другие мужика, тоже с большими палками, и оба тоже дремали, между тем как под окнами беспрестанно шмыгали дворовые женщины и ребятишки, старавшиеся приподняться на карниз и заглянуть чрез окно на убийцу, освещенного сильно нагоревшим сальным огарком.
Всех знает Савоська, всякого оценил и со всяким у него свое обхождение: кривого парня,
рыжего мужика и кое-кого из крестьян он приветливым словом заметит, чахоточного мастерового с дьяконом не пошлет в воду, в случае ежели барка омелеет, и так далее.
Неточные совпадения
— Привел! — воскликнул четверть часа спустя Ермолай, вваливаясь в избу. Вслед за ним вошел рослый
мужик в белой рубахе, синих портах и лаптях, белобрысый, подслеповатый, с
рыжей бородкой клинушком, длинным пухлым носом и разинутым ртом. Он точно смотрел «простецом».
Уже смеркалось, когда явился веселый, румяный Фроленков и с ним трое
мужиков: один — тоже высокий, широколобый,
рыжий, на деревянной ноге, с палочкой в мохнатой лапе, суровое, носатое лицо окружено аккуратно подстриженной бородой, глаза спрятаны под густыми бровями, на его могучей фигуре синий кафтан; другой — пониже ростом, лысый, седобородый, курносый, в полукафтанье на вате, в сапогах из какой-то негнущейся кожи, точно из кровельного железа.
— Картошка — народ! — взвизгнул голосок
мужика средних лет с глазами совы, с круглым красным лицом в
рыжей щетине.
Лысый Григорий Иванович, показывая себя знатоком хлеба и воды, ворчал, что хлеб — кисел, а вода — солона, на противоположном конце стола буянил
рыжий Семен, крикливо доказывая соседу, широкоплечему
мужику с бельмом на правом глазе:
— Поболталась я в Москве, в Питере. Видела и слышала в одном купеческом доме новоявленного пророка и водителя умов. Помнится, ты мне рассказывал о нем: Томилин, жирный,
рыжий, весь в масляных пятнах, как блинник из обжорки. Слушали его поэты, адвокаты, барышни всех сортов, раздерганные умы, растрепанные души. Начитанный
мужик и крепко обозлен: должно быть, честолюбие не удовлетворено.