Неточные совпадения
— Так вот! — сказал он, как бы
продолжая прерванный разговор. — Мне с тобой надо поговорить открыто. Я тебя долго оглядывал. Живем мы почти
рядом; вижу — народу к тебе ходит много, а пьянства и безобразия нет. Это первое. Если люди не безобразят, они сразу заметны — что такое? Вот. Я сам глаза людям намял тем, что живу в стороне.
Он сел
рядом с нею и, просительно заглядывая в глаза ее,
продолжал...
Рядом с ним стояла жена. Часто моргая глазами, она вытирала нос концом платка. Самойлов взял бороду в руку и
продолжал, глядя в пол...
— Да, хорошо! — И, точно сообщая тайну, понизив голос,
продолжала: — Все — вы, Николай Иванович, все люди правды — тоже
рядом! Вдруг люди стали родными, — понимаю всех. Слов не понимаю, а все другое — понимаю!
Неточные совпадения
— Ничего, ладно, настрыкается, —
продолжал старик. — Вишь, пошел… Широк
ряд берешь, умаешься… Хозяин, нельзя, для себя старается! А вишь подрядье-то! За это нашего брата по горбу бывало.
Папа сидел со мной
рядом и ничего не говорил; я же захлебывался от слез, и что-то так давило мне в горле, что я боялся задохнуться… Выехав на большую дорогу, мы увидали белый платок, которым кто-то махал с балкона. Я стал махать своим, и это движение немного успокоило меня. Я
продолжал плакать, и мысль, что слезы мои доказывают мою чувствительность, доставляла мне удовольствие и отраду.
Выговорив самое главное, девушка повернула голову, робко посмотрев на старика. Лонгрен сидел понурясь, сцепив пальцы рук между колен, на которые оперся локтями. Чувствуя взгляд, он поднял голову и вздохнул. Поборов тяжелое настроение, девушка подбежала к нему, устроилась сидеть
рядом и, продев свою легкую руку под кожаный рукав его куртки, смеясь и заглядывая отцу снизу в лицо,
продолжала с деланым оживлением:
— Вы все еще
продолжаете чувствовать себя на первом курсе, горячитесь и забегаете вперед. Думать нужно не о революции, а о
ряде реформ, которые сделали бы людей более работоспособными и культурными.
Наблюдая его
рядом с Лидией, Самгин испытывал сложное чувство недоуменья, досады. Но ревность все же не возникала, хотя Клим
продолжал упрямо думать, что он любит Лидию. Он все-таки решился сказать ей: