Неточные совпадения
— Нечистая она, наша бабья
любовь!.. Любим мы то, что нам надо. А вот смотрю я на вас, — о матери вы тоскуете, — зачем она вам? И все другие люди за народ страдают, в тюрьмы идут и в Сибирь, умирают… Девушки молодые ходят ночью, одни, по грязи, по снегу, в дождик, — идут семь верст из города к нам. Кто их гонит, кто толкает? Любят они! Вот они — чисто любят! Веруют! Веруют, Андрюша! А я — не умею так! Я люблю свое,
близкое!
И ей казалось, что сам Христос, которого она всегда любила смутной
любовью — сложным чувством, где страх был тесно связан с надеждой и умиление с печалью, — Христос теперь стал
ближе к ней и был уже иным — выше и виднее для нее, радостнее и светлее лицом, — точно он, в самом деле, воскресал для жизни, омытый и оживленный горячею кровью, которую люди щедро пролили во имя его, целомудренно не возглашая имени несчастного друга людей.
Но подо всем этим лежало и медленно разрасталось чувство избытка
любви к сыну, напряженное желание нравиться ему, быть
ближе его сердцу.
Но она знала, что он подошел к ней
ближе всех, и любила его осторожной и как бы в самое себя не верящей
любовью.
Он несколько раз был около князя Василия при неожиданных визитах Григория Лукьяновича, и странное чувство какой-то безотчетной ненависти, какого-то озлобленного презрения, но ненависти и презрения, которые можно только чувствовать к низко упавшему в наших глазах, не оправдавшему нашей
любви близкому человеку, зародилось в его душе при первой встрече с Малютою, при первом взгляде на него.
Неточные совпадения
«Что, кумушка, ты так грустна?» // Ей с ветки ласково Голубка ворковала: // «Или о том, что миновала // У нас весна // И с ней
любовь, спустилось солнце ниже, // И что к зиме мы стали
ближе?» — // «Как, бедной, мне не горевать?» // Кукушка говорит: «Будь ты сама судьёю: // Любила счастливо я нынешней весною, // И, наконец, я стала мать;
Небо там, кажется, напротив,
ближе жмется к земле, но не с тем, чтоб метать сильнее стрелы, а разве только чтоб обнять ее покрепче, с
любовью: оно распростерлось так невысоко над головой, как родительская надежная кровля, чтоб уберечь, кажется, избранный уголок от всяких невзгод.
Она хотела доследить до конца, как в его ленивой душе
любовь совершит переворот, как окончательно спадет с него гнет, как он не устоит перед
близким счастьем, получит благоприятный ответ из деревни и, сияющий, прибежит, прилетит и положит его к ее ногам, как они оба, вперегонку, бросятся к тетке, и потом…
Эта простая мысль отрадно поразила меня, и я
ближе придвинулся к Наталье Савишне. Она сложила руки на груди и взглянула кверху; впалые влажные глаза ее выражали великую, но спокойную печаль. Она твердо надеялась, что бог ненадолго разлучил ее с тою, на которой столько лет была сосредоточена вся сила ее
любви.
Он видел только ее ясные, правдивые глаза, испуганные той же радостью
любви, которая наполняла и его сердце. Глаза эти светились
ближе и
ближе, ослепляя его своим светом
любви. Она остановилась подле самого его, касаясь его. Руки ее поднялись и опустились ему на плечи.