Неточные совпадения
Заметив в чужом необычное, слобожане долго не могли забыть ему это и относились к
человеку, не похожему на них, с безотчетным опасением. Они точно боялись, что
человек бросит в жизнь что-нибудь такое, что нарушит ее уныло правильный ход, хотя тяжелый, но спокойный.
Люди привыкли, чтобы жизнь давила их всегда с одинаковой силой, и, не ожидая никаких изменений к лучшему, считали все изменения способными только увеличить гнет.
Все, чего
человек не
смеет сказать при
людях — в трактире, например, — что это такое есть?
В трактире и на фабрике
замечали новых, никому не известных
людей. Они выспрашивали, рассматривали, нюхали и сразу бросались всем в глаза, одни — подозрительной осторожностью, другие — излишней навязчивостью.
Постепенно в
людях возникало уважение к молодому серьезному
человеку, который обо всем говорил просто и
смело, глядя на все и все слушая со вниманием, которое упрямо рылось в путанице каждого частного случая и всегда, всюду находило какую-то общую, бесконечную нить, тысячами крепких петель связывавшую
людей.
Пожилой
человек в мундире отставного военного громко откашлялся и
заметил...
Она часто
замечала во всех
людях из города что-то детское и снисходительно усмехалась, но ее трогала и радостно удивляла их вера, глубину которой она чувствовала все яснее, ее ласкали и грели их мечты о торжестве справедливости, — слушая их, она невольно вздыхала в неведомой печали. Но особенно трогала ее их простота и красивая, щедрая небрежность к самим себе.
Павел и Андрей, казалось, не
замечали ничего, не слышали возгласов, которые провожали их. Шли спокойно, не торопясь. Вот их остановил Миронов, пожилой и скромный
человек, всеми уважаемый за свою трезвую, чистую жизнь.
Она ходила за Николаем,
замечая, где что стоит, спрашивала о порядке жизни, он отвечал ей виноватым тоном
человека, который знает, что он все делает не так, как нужно, а иначе не умеет.
Возвращаться назад было поздно, тогда она
смело позвонила в дверь этажом ниже квартиры знакомых и, войдя со своим чемоданом к незнакомым
людям, откровенно объяснила им свое положение.
— Тут в одном — все стиснуто… вся жизнь, пойми! — угрюмо
заметил Рыбин. — Я десять раз слыхал его судьбу, а все-таки, иной раз, усомнишься. Бывают добрые часы, когда не хочешь верить в гадость
человека, в безумство его… когда всех жалко, и богатого, как бедного… и богатый тоже заблудился! Один слеп от голода, другой — от золота. Эх,
люди, думаешь, эх, братья! Встряхнись, подумай честно, подумай, не щадя себя, подумай!
Сердце ее обливалось радостью каждый раз, когда она
замечала в
человеке острое недовольство, — то недовольство, которое, протестуя против ударов судьбы, напряженно ищет ответов на вопросы, уже сложившиеся в уме.
— Да, немножко счастья — это хорошо для каждого!.. — негромко
заметил Николай. — Но нет
людей, которые желали бы немножко счастья. А когда его много — оно дешево…
Иные, скрывая свое раздражение, шутили, другие угрюмо смотрели в землю, стараясь не
замечать оскорбительного, третьи, не сдерживая гнева, иронически смеялись над администрацией, которая боится
людей, вооруженных только словом.
— Живой
человек! —
заметила мать.
— Надо так — сначала поговорить с мужиками отдельно, — вот Маков, Алеша — бойкий, грамотный и начальством обижен. Шорин, Сергей — тоже разумный мужик. Князев —
человек честный, смелый. Пока что будет! Надо поглядеть на
людей, про которых она говорила. Я вот возьму топор да махну в город, будто дрова колоть, на заработки,
мол, пошел. Тут надо осторожно. Она верно говорит: цена
человеку — дело его. Вот как мужик-то этот. Его хоть перед богом ставь, он не сдаст… врылся. А Никитка-то, а? Засовестился, — чудеса!
— Вы посмотрите, какой ужас! Кучка глупых
людей, защищая свою пагубную власть над народом, бьет, душит, давит всех. Растет одичание, жестокость становится законом жизни — подумайте! Одни бьют и звереют от безнаказанности, заболевают сладострастной жаждой истязаний — отвратительной болезнью рабов, которым дана свобода проявлять всю силу рабьих чувств и скотских привычек. Другие отравляются
местью, третьи, забитые до отупения, становятся немы и слепы. Народ развращают, весь народ!
Матери хотелось сказать ему то, что она слышала от Николая о незаконности суда, но она плохо поняла это и частью позабыла слова. Стараясь вспомнить их, она отодвинулась в сторону от
людей и
заметила, что на нее смотрит какой-то молодой
человек со светлыми усами. Правую руку он держал в кармане брюк, от этого его левое плечо было ниже, и эта особенность фигуры показалась знакомой матери. Но он повернулся к ней спиной, а она была озабочена воспоминаниями и тотчас же забыла о нем.
— Ну-ну! Ловко вы! Коли надолго вас хватит — одолеете вы стариков, — напор у вас большой!.. Прощайте, желаю вам всякого доброго! И к
людям — подобрее, а? Прощай, Ниловна! Увидишь Павла, скажи — слышал,
мол, речь его. Не все понятно, даже страшно иное, но — скажи — верно!
— Хороший, должно быть,
человек! —
заметила Саша, проводив его улыбающимся взглядом своих больших глаз.
Неточные совпадения
А что? Да так. Я усыпляю // Пустые, черные мечты; // Я только в скобках
замечаю, // Что нет презренной клеветы, // На чердаке вралем рожденной // И светской чернью ободренной, // Что нет нелепицы такой, // Ни эпиграммы площадной, // Которой бы ваш друг с улыбкой, // В кругу порядочных
людей, // Без всякой злобы и затей, // Не повторил стократ ошибкой; // А впрочем, он за вас горой: // Он вас так любит… как родной!
Сам же он во всю жизнь свою не ходил по другой улице, кроме той, которая вела к месту его службы, где не было никаких публичных красивых зданий; не
замечал никого из встречных, был ли он генерал или князь; в глаза не знал прихотей, какие дразнят в столицах
людей, падких на невоздержанье, и даже отроду не был в театре.
Взглянув на библиотеку и отозвавшись с похвалой о книгах вообще,
заметил, что они спасают от праздности
человека.
Нужно
заметить, что у некоторых дам, — я говорю у некоторых, это не то, что у всех, — есть маленькая слабость: если они
заметят у себя что-нибудь особенно хорошее, лоб ли, рот ли, руки ли, то уже думают, что лучшая часть лица их так первая и бросится всем в глаза и все вдруг заговорят в один голос: «Посмотрите, посмотрите, какой у ней прекрасный греческий нос!» или: «Какой правильный, очаровательный лоб!» У которой же хороши плечи, та уверена заранее, что все молодые
люди будут совершенно восхищены и то и дело станут повторять в то время, когда она будет проходить мимо: «Ах, какие чудесные у этой плечи», — а на лицо, волосы, нос, лоб даже не взглянут, если же и взглянут, то как на что-то постороннее.
Чуть
замечал у кого один кусок, подкладывал ему тут же другой, приговаривая: «Без пары ни
человек, ни птица не могут жить на свете».