Неточные совпадения
«Да! Так вот раз ночью сидим мы и слышим — музыка плывет по
степи. Хорошая музыка! Кровь загоралась
в жилах от нее, и звала она куда-то. Всем нам, мы чуяли, от той музыки захотелось чего-то такого, после чего бы и
жить уж не нужно было, или, коли
жить, так — царями над всей землей, сокол!
Парфен! Напрасно ты вздыхаешь // О том, что должен
жить в степи, // Где с горя, скуки изнываешь // Ты беден — следственно, терпи.
Точно так и тетерев, дичь лесная, половину года держится в полях, даже водится в местах почти безлесных; вальдшнеп, тоже лесная дичь, весной и особенно осенью долго держится в кустах довольно топких болот и только остальное время года — в лесу; коростель же, помещенный мною в разряд дичи степной, или полевой, равно
живет в степи, хлебных полях, луговых болотах и лесных опушках.
Кроме превосходства в величине, кроншнеп первого разряда темно-коричневее пером и голос имеет короткий и хриплый; он выводит иногда детей в сухих болотах и в опушках мокрых, поросших большими кочками, мохом, кустами и лесом, лежащих в соседстве полей или степных мест; изредка присоединяется к нему кроншнеп средний, но никогда малый, который всегда
живет в степях и который пером гораздо светлее и крапинки на нем мельче; голос его гораздо чище и пронзительнее, чем у среднего кроншнепа, крик которого несколько гуще и не так протяжен.
Неточные совпадения
Некоторые постоянно
живут в Индии и приезжают видеться с родными
в Лондон, как у нас из Тамбова
в Москву. Следует ли от этого упрекать наших женщин, что они не бывают
в Китае, на мысе Доброй Надежды,
в Австралии, или англичанок за то, что они не бывают на Камчатке, на Кавказе,
в глубине азиатских
степей?
«
Жили на земле
в старину одни люди, непроходимые леса окружали с трех сторон таборы этих людей, а с четвертой — была
степь.
В Сибири, на Севере и
в широких
степях заволжских, кто
живет за полтораста, за двести верст, тот ближний сосед, а родство, свойство и кумовство считается там чуть не до двадцатого колена.
— Нынче безлесят Россию, истощают
в ней почву, обращают
в степь и приготовляют ее для калмыков. Явись человек с надеждой и посади дерево — все засмеются: «Разве ты до него доживешь?» С другой стороны, желающие добра толкуют о том, что будет через тысячу лет. Скрепляющая идея совсем пропала. Все точно на постоялом дворе и завтра собираются вон из России; все
живут только бы с них достало…
Вглядываясь
в жизнь, вопрошая сердце, голову, он с ужасом видел, что ни там, ни сям не осталось ни одной мечты, ни одной розовой надежды: все уже было назади; туман рассеялся; перед ним разостлалась, как
степь, голая действительность. Боже! какое необозримое пространство! какой скучный, безотрадный вид! Прошлое погибло, будущее уничтожено, счастья нет: все химера — а
живи!