Неточные совпадения
Климков слушал чтение и беседу, как сказку, и чувствовал, что слова
входят в голову ему и навсегда вклеиваются
в памяти. Полуоткрыв рот, он смотрел выкатившимися глазами то на одного, то на другого, и, даже когда тёмный взгляд горбатого ощупал его лицо, он не мигнул, очарованный происходившим.
Сознание есть интуитивный акт человеческого «я» относительно самого себя, после которого пережитое
входит в память, и вместе с тем различение «я» от «не я», от окружающего мира.
Поминутно расправляя усы и бороду короткими пальцами, он расхаживал по комнате, выкидывая ноги из-под живота, не спеша и важно, точно индейский петух, его степенная походка не отвечала непрерывным движениям рук, головы, живой игре лица. Было в нём что-то смешное, вызывающее улыбку, но все слова его, чёткие и ясные, задевали внимание и
входили в память глубоко.
Неточные совпадения
Если это подтверждалось, он шел домой с гордостью, с трепетным волнением и долго ночью втайне готовил себя на завтра. Самые скучные, необходимые занятия не казались ему сухи, а только необходимы: они
входили глубже
в основу,
в ткань жизни; мысли, наблюдения, явления не складывались, молча и небрежно,
в архив
памяти, а придавали яркую краску каждому дню.
«Поярков», — признал Клим,
входя в свою улицу. Она встретила его шумом работы, таким же, какой он слышал вчера. Самгин пошел тише, пропуская
в памяти своей жильцов этой улицы, соображая: кто из них может строить баррикаду? Из-за угла вышел студент, племянник акушерки, которая раньше жила
в доме Варвары, а теперь — рядом с ним.
Когда Алеша с тревогой и с болью
в сердце
вошел в келью старца, то остановился почти
в изумлении: вместо отходящего больного, может быть уже без
памяти, каким боялся найти его, он вдруг его увидал сидящим
в кресле, хотя с изможженным от слабости, но с бодрым и веселым лицом, окруженного гостями и ведущего с ними тихую и светлую беседу.
К бабушке он питал какую-то почтительную, почти благоговейную дружбу, но пропитанную такой теплотой, что по тому только, как он
входил к ней, садился, смотрел на нее, можно было заключить, что он любил ее без
памяти. Никогда, ни
в отношении к ней, ни при ней, он не обнаружил, по своему обыкновению, признака короткости, хотя был ежедневным ее гостем.
Но разгадка последовала гораздо раньше вечера и тоже
в форме нового визита, разгадка
в форме новой, мучительной загадки: ровно полчаса по уходе Епанчиных к нему
вошел Ипполит, до того усталый и изнуренный, что,
войдя и ни слова не говоря, как бы без
памяти, буквально упал
в кресла и мгновенно погрузился
в нестерпимый кашель.