Неточные совпадения
Манило
за город, на зелёные холмы, под песни жаворонков, на реку и в лес, празднично нарядный. Стали
собираться в саду, около бани, под пышным навесом берёз,
за столом, у самовара, а иногда — по воскресеньям — уходили далеко в поле,
за овраги, на возвышенность, прозванную Мышиный Горб, — оттуда был виден весь
город, он казался написанным на земле ласковыми красками, и однажды Сеня Комаровский, поглядев на него с усмешечкой, сказал...
Крикливый, бойкий
город оглушал, пестрота и обилие быстро мелькавших людей, смена разнообразных впечатлений — всё это мешало
собраться с мыслями. День
за днём он бродил по улицам, неотступно сопровождаемый Тиуновым и его поучениями; а вечером, чувствуя себя разбитым и осовевшим, сидел где-нибудь в трактире, наблюдая приподнятых, шумных, размашистых людей большого
города, и с грустью думал...
— Да, правда; только там судьбе не над чем забавляться, больше забавляюсь я над нею: смотришь, то рыба сорвется с удочки, когда уж протянул к ней руку, то дождь пойдет, когда
собрался за город, или погода хороша, да самому не хочется… ну и смешно…
Неточные совпадения
Когда, отдохнув после трудного обеда, все
собрались к чаю, вдруг пришел воротившийся из
города обломовский мужик, и уж он доставал, доставал из-за пазухи, наконец насилу достал скомканное письмо на имя Ильи Иваныча Обломова.
Испуганный тем отчаянным выражением, с которым были сказаны эти слова, он вскочил и хотел бежать
за нею, но, опомнившись, опять сел и, крепко сжав зубы, нахмурился. Эта неприличная, как он находил, угроза чего-то раздражила его. «Я пробовал всё, — подумал он, — остается одно — не обращать внимания», и он стал
собираться ехать в
город и опять к матери, от которой надо было получить подпись на доверенности.
Был у персидского царя правдивый визирь Абдул. Поехал он раз к царю через
город. А в
городе собрался народ бунтовать. Как только увидали визиря, обступили его, остановили лошадь и стали грозить ему, что они его убьют, если он по-ихнему не сделает. Один человек так осмелился, что взял его
за бороду и подергал ему бороду.
Поутру, когда я проснулся, как пораздумал, что
за меня брат идет, стало мне тошно. Я и говорю: «Не ходи, Николай, мой черед, я и пойду». А он молчит и
собирается. И я
собираюсь. Пошли мы оба в
город на ставку. Он становится, и я становлюсь. Оба мы ребята хорошие, стоим — ждем, не бракуют нас. Старший брат посмотрел на меня — усмехнулся и говорит: «Будет, Петр, ступай домой. Да не скучайте по мне, я своей охотой иду». Заплакал я и пошел домой. А теперь как вспомню про брата, кажется бы жизнь
за него отдал.
Было очень трудно представить, что ее нет в
городе. В час предвечерний он сидел
за столом,
собираясь писать апелляционную жалобу по делу очень сложному, и, рисуя пером на листе бумаги мощные контуры женского тела, подумал: