Неточные совпадения
Потом он шагал в комнату, и за его
широкой, сутулой спиной всегда оказывалась докторша, худенькая, желтолицая, с огромными глазами. Молча поцеловав Веру Петровну, она кланялась всем людям в комнате, точно иконам в церкви, садилась подальше от них и сидела, как на приеме у дантиста, прикрывая рот
платком. Смотрела она в тот угол, где потемнее, и как будто ждала, что вот сейчас из темноты кто-то позовет ее...
— Да ты с ума сошла, Вера! — ужаснулась Мария Романовна и быстро исчезла, громко топая
широкими, точно копыта лошади, каблуками башмаков. Клим не помнил, чтобы мать когда-либо конфузилась, как это часто бывало с отцом. Только однажды она сконфузилась совершенно непонятно; она подрубала носовые
платки, а Клим спросил ее...
Но Клим видел, что Лида, слушая рассказы отца поджав губы, не верит им. Она треплет
платок или конец своего гимназического передника, смотрит в пол или в сторону, как бы стыдясь взглянуть в
широкое, туго налитое кровью бородатое лицо. Клим все-таки сказал...
На костях его плеч висел
широкий пиджак железного цвета, расстегнутый на груди, он показывал сероватую рубаху грубого холста; на сморщенной шее, под острым кадыком, красный, шелковый
платок свернулся в жгут,
платок был старенький и посекся на складках.
— Ты проводи ее до церкви, — попросила Варвара, глядя на
широкий гроб в санях, отирая щеки
платком.
Он долго и осторожно стягивал с
широких плеч старенькое пальто, очутился в измятом пиджаке с карманами на груди и подпоясанном
широким суконным поясом, высморкался, тщательно вытер бороду
платком, причесал пальцами редкие седоватые волосы, наконец не торопясь прошел в приемную, сел к столу и — приступил к делу...
Неточные совпадения
Свыше их, на козлах — кучер и лакей в
широком сюртуке, опоясавший себя носовым
платком.
Клим выпустил обидчика, // Обидчик сел на бревнышко, //
Платком широким клетчатым // Отерся и сказал: // — Твоя взяла! и диво ли?
За гробом шло несколько женщин, все в
широких белых платьях, повязанные белыми же
платками, несколько детей и собака.
Ни единого огонька, но вот растворилась вделанная в
широкие ворота узенькая калитка, и лениво вышел из нее дворник, закутанный в дубленый полушубок, с лицом, наглухо обвязанным
платком.
Где-то вдали хрустнул сушник. Хрустнул в другой раз и в третий. Чутким ухом прислушивается Петр Степаныч. Привстал, — хруст не смолкает под чьей-то легкой на поступь ногой. Зорче и зорче вглядывается в даль Петр Степаныч: что-то мелькнуло меж кустов и тотчас же скрылось. Вот в вечернем сумраке забелелись чьи-то рукава, вот стали видимы и пестрый
широкий передник, и шелковый рудо-желтый платочек на голове. Лица не видно — закрыто оно полотняным
платком. «Нет, это не Марьюшка!» — подумал Петр Степаныч.