Неточные совпадения
Но почти всегда, вслед за этим, Клим недоуменно, с досадой,
близкой злому унынию, вспоминал о Лидии, которая не умеет или не хочет видеть его таким, как видят другие. Она днями и неделями как будто даже и совсем не видела его, точно он для нее бесплотен, бесцветен, не существует. Вырастая, она
становилась все более странной и трудной девочкой. Варавка, улыбаясь в лисью бороду большой, красной улыбкой, говорил...
Он переживал волнение, новое для него. За окном бесшумно кипела густая, белая муть, в мягком, бесцветном сумраке комнаты
все вещи как будто задумались, поблекли; Варавка любил картины, фарфор, после ухода отца
все в доме неузнаваемо изменилось,
стало уютнее, красивее, теплей. Стройная женщина с суховатым, гордым лицом явилась пред юношей неиспытанно
близкой. Она говорила с ним, как с равным, подкупающе дружески, а голос ее звучал необычно мягко и внятно.
Вздохнув, она убавила огонь лампы. В комнате
стало теснее,
все вещи и сама Нехаева подвинулись
ближе к Самгину. Он согласно кивнул головою...
Говоря, Иноков улыбался, хотя слова его не требовали улыбки. От нее
вся кожа на скуластом лице мягко и лучисто сморщилась, веснушки сдвинулись
ближе одна к другой, лицо
стало темнее.
Клим согласно кивнул головой. Когда он не мог сразу составить себе мнения о человеке, он чувствовал этого человека опасным для себя. Таких, опасных, людей
становилось все больше, и среди них Лидия стояла
ближе всех к нему. Эту близость он сейчас ощутил особенно ясно, и вдруг ему захотелось сказать ей о себе
все, не утаив ни одной мысли, сказать еще раз, что он ее любит, но не понимает и чего-то боится в ней. Встревоженный этим желанием, он встал и простился с нею.
Ему показалось, что люди сгрудились теснее и
всею массою подвинулись
ближе ко крыльцу, показалось даже, что шеи
стали длиннее у
всех и заметней головы.
Он был так велик, что Самгину показалось: человек этот, на
близком от него расстоянии, не помещается в глазах, точно колокольня. В ограде пред дворцом и даже за оградой, на улице,
становилось все тише, по мере того как Родзянко
все более раздувался, толстое лицо его набухало кровью, и неистощимый жирный голос ревел...
Зато с девичьей моей командой отношения
становились все ближе и горячее. Тесно обсев, они жадно слушали мои рассказы о нашем кружке, о страданиях народа, о великом, неоплатном долге, который лежит на нас перед ним, о том, что стыдно жить мирною, довольного жизнью обывателя, когда кругом так много страдании и угнетения. Читал им Надсона, — я его много знал наизусть.
И в эту минуту прозвучал далекий и чуждый голос человека. Он
становился все ближе, в нем звучала ласка. Это говорил Магнус. С усилием, содрогаясь от напряжения, Я старался услышать и понять слова, и вот что Я услышал:
И она росла, тратя все соки только на то, чтобы вытянуться, и лишая их свои корни и листья. Иногда ей казалось, что расстояние до свода не уменьшается. Тогда она напрягала все силы. Рамы
становились всё ближе и ближе, и наконец молодой лист коснулся холодного стекла и железа.
Неточные совпадения
Но когда подвели его к последним смертным мукам, — казалось, как будто
стала подаваться его сила. И повел он очами вокруг себя: боже,
всё неведомые,
всё чужие лица! Хоть бы кто-нибудь из
близких присутствовал при его смерти! Он не хотел бы слышать рыданий и сокрушения слабой матери или безумных воплей супруги, исторгающей волосы и биющей себя в белые груди; хотел бы он теперь увидеть твердого мужа, который бы разумным словом освежил его и утешил при кончине. И упал он силою и воскликнул в душевной немощи:
Никто не видал последних его минут, не слыхал предсмертного стона. Апоплексический удар повторился еще раз, спустя год, и опять миновал благополучно: только Илья Ильич
стал бледен, слаб, мало ел, мало
стал выходить в садик и
становился все молчаливее и задумчивее, иногда даже плакал. Он предчувствовал
близкую смерть и боялся ее.
Белые, причудливых форм тучки с утра показались на горизонте; потом
все ближе и
ближе стал сгонять их маленький ветерок, так что изредка они закрывали солнце.
Но в глубине своей души, чем старше он
становился и чем
ближе узнавал своего брата, тем чаще и чаще ему приходило в голову, что эта способность деятельности для общего блага, которой он чувствовал себя совершенно лишенным, может быть и не есть качество, а, напротив, недостаток чего-то — не недостаток добрых, честных, благородных желаний и вкусов, но недостаток силы жизни, того, что называют сердцем, того стремления, которое заставляет человека из
всех бесчисленных представляющихся путей жизни выбрать один и желать этого одного.
Кто-нибудь у тебя спрятан?» Старушка
стала говорить, что никого нет, но людоед
стал нюхать
все ближе и
ближе и добрался чутьем до кровати.