Ставни окон были прикрыты, стекла — занавешены, но жена писателя все-таки изредка подходила к окнам и, приподняв занавеску, смотрела в черный квадрат! А сестра ее выбегала на двор, выглядывала за ворота, на улицу, и Клим слышал, как она, вполголоса, успокоительно
сказала сестре...
Неточные совпадения
Все так же бережно и внимательно ухаживали за Борисом
сестра и Туробоев, ласкала Вера Петровна, смешил отец, все терпеливо переносили его капризы и внезапные вспышки гнева. Клим измучился, пытаясь разгадать тайну, выспрашивая всех, но Люба Сомова
сказала очень докторально...
— Мне вредно лазить по лестницам, у меня ноги болят, —
сказал он и поселился у писателя в маленькой комнатке, где жила
сестра жены его.
Сестру устроили в чулане. Мать нашла, что со стороны дяди Якова бестактно жить не у нее, Варавка согласился...
— Значит, двоюродная
сестра вам, — заметил Самгин, чтоб
сказать что-нибудь и находя в светловолосом Гогине сходство с Любашей.
— Ха-арошая голова у Степана, — похвалил Гогин, а
сестра его
сказала, отрицательно качая головой...
— А я —
сестрой, —
сказала Лидия, немножко задорно. — Мы решили это еще вчера, — прибавила она.
«Нечто среднее между клоуном и палачом», —
сказала про него
сестра Ряхина, младшая, дурнушка такая…
— Впрочем, я его заложил в ломбарде, портсигар.
Сестре скажу — украли!
— Не топай, — попросила Дуняша в коридоре. — Они, конечно, повезли меня ужинать, это уж — всегда! Очень любезные, ну и вообще… А все-таки — сволочь, —
сказала она, вздохнув, входя в свою комнату и сбрасывая с себя верхнее платье. — Я ведь чувствую: для них певица,
сестра милосердия, горничная — все равно прислуга.
— Ничего не слышно, — строго
сказала остроносая
сестра Софья, а суетливый брат Василий горестно вскричал...
— Тут есть сестры-братья, которые первый раз с нами радеют о духе. И один человек усумнился: правильно ли Христа отрицаемся! Может, с ним и другие есть. Так дозволь, кормщица наша мудрая, я
скажу.
— Тебе не свежо ли? Ты бледна. Постой, нагнись! —
сказала сестра Кити, Львова, и, округлив свои полные прекрасные руки, с улыбкою поправила ей цветы на голове.
Сусанна пересела к ней на постель и, взяв сестру за руки, начала их гладить. Средству этому научил ее Егор Егорыч, как-то давно еще рассказывавший при ней, что когда кто впадает в великое горе, то всего лучше, если его руки возьмут чьи-нибудь другие дружеские руки и начнут их согревать. Рекомендуемый им способ удался Сусанне. Людмила заметно успокоилась и
сказала сестре:
Неточные совпадения
— Видите ли? он всех удовлетворил, —
сказал Платонов. — Однако же,
скажите просто: есть ли у вас время, что<бы> заехать в одну деревню, отсюда верст десять? Мне бы хотелось проститься с
сестрой и зятем.
— Здравствуй,
сестра! —
сказал Платонов. — Где же Константин?
— Да увезти губернаторскую дочку. Я, признаюсь, ждал этого, ей-богу, ждал! В первый раз, как только увидел вас вместе на бале, ну уж, думаю себе, Чичиков, верно, недаром… Впрочем, напрасно ты сделал такой выбор, я ничего в ней не нахожу хорошего. А есть одна, родственница Бикусова,
сестры его дочь, так вот уж девушка! можно
сказать: чудо коленкор!
— Ну что ж делать? позабыл, —
сказал Платонов. — Мы заехали к Константину Федоровичу… Он тебе кланяется,
сестра также. Рекомендую тебе Павла Ивановича Чичикова. Павел Иванович, — брат Василий. Прошу полюбить его так же, как и меня.
— Послушай, —
сказал твердым голосом Азамат, — видишь, я на все решаюсь. Хочешь, я украду для тебя мою
сестру? Как она пляшет! как поет! а вышивает золотом — чудо! Не бывало такой жены и у турецкого падишаха… Хочешь? дождись меня завтра ночью там в ущелье, где бежит поток: я пойду с нею мимо в соседний аул — и она твоя. Неужели не стоит Бэла твоего скакуна?