Неточные совпадения
— Чепуха! Всякое
разумное действие человека неизбежно будет насилием над ближними или над самим собой.
— Я, разумеется, понимаю твои товарищеские чувства, но было бы
разумнее отправить этого в больницу. Скандал, при нашем положении в обществе… ты понимаешь, конечно… О, боже мой!
Клим вспоминал: что еще, кроме дважды сказанного «здравствуй», сказала ему Лидия? Приятный, легкий хмель настраивал его иронически. Он сидел почти за спиною Лидии и пытался представить себе: с каким лицом она смотрит на Диомидова? Когда он, Самгин, пробовал внушить ей что-либо
разумное, — ее глаза недоверчиво суживались, лицо становилось упрямым и неумным.
Нет-с, человек — существо
разумное, и, если он заслужил наказание, я сделаю все для того, чтоб он был достойно наказан.
Сравнивая свои чувствования с теми, которые влекли его к Лидии, он находил, что тогда инстинкт наивно и стыдливо рядился в романтические мечты и надежды на что-то необыкновенное, а теперь ничего подобного нет, а есть только вполне свободное и
разумное желание овладеть девицей, которая сама хочет этого.
— Н-да, так вот этот щедрословный человек внушал, конечно, «сейте
разумное, доброе» и прочее такое, да вдруг, знаете, женился на вдове одного адвоката, домовладелице, и тут, я вам скажу, в два года такой скучный стал, как будто и родился и всю жизнь прожил в Орле.
Народ — сила душевная,
разумная, практическая, — жесточайшая сила, и вся — от интересов земли.
— Революция с подстрекателями, но без вождей… вы понимаете? Это — анархия. Это — не может дать результатов, желаемых
разумными силами страны. Так же как и восстание одних вождей, — я имею в виду декабристов, народовольцев.
— Исусом, сыном Сираховым, премудро сказано: «Буй в смехе возносит глас свой; муж
разумный едва тихо осклабится»…
«Это — единственно
разумное, что он сказал», — подумал Самгин.
Какая-то сила вытолкнула из домов на улицу разнообразнейших людей, — они двигались не по-московски быстро, бойко, останавливались, собирались группами, кого-то слушали, спорили, аплодировали, гуляли по бульварам, и можно было думать, что они ждут праздника. Самгин смотрел на них, хмурился, думал о легкомыслии людей и о наивности тех, кто пытался внушить им
разумное отношение к жизни. По ночам пред ним опять вставала картина белой земли в красных пятнах пожаров, черные потоки крестьян.
—
Разумнее считать их уроками истории…
— Большевики — это люди, которые желают бежать на сто верст впереди истории, — так
разумные люди не побегут за ними. Что такое
разумные? Это люди, которые не хотят революции, они живут для себя, а никто не хочет революции для себя. Ну, а когда уже все-таки нужно сделать немножко революции, он даст немножко денег и говорит: «Пожалуйста, сделайте мне революцию… на сорок пять рублей!»
«Поручик пьян или сошел с ума, но он — прав! Возможно, что я тоже закричу. Каждый
разумный человек должен кричать: «Не смейте насиловать меня!»
За утренним чаем небрежно просматривал две местные газеты, — одна из них каждый день истерически кричала о засилии инородцев, безумии левых партий и приглашала Россию «вернуться к национальной правде», другая, ссылаясь на статьи первой, уговаривала «беречь Думу — храм свободного,
разумного слова» и доказывала, что «левые» в Думе говорят неразумно.
Самгин пил кофе, читая газету, не следил за глупостями неприятного гостя, но тот вдруг заговорил тише и как будто
разумнее...
«Этот плен мысли ограничивает его дарование, заставляет повторяться, делает его стихи слишком
разумными, логически скучными. Запишу эту мою оценку. И — надо сравнить “Бесов” Достоевского с “Мелким бесом”. Мне пора писать книгу. Я озаглавлю ее “Жизнь и мысль”. Книга о насилии мысли над жизнью никем еще не написана, — книга о свободе жизни».
— Пустые — хотел ты сказать. Да, но вот эти люди — Орехова, Ногайцев — делают погоду. Именно потому, что — пустые, они с необыкновенной быстротой вмещают в себя все новое: идеи, программы, слухи, анекдоты, сплетни. Убеждены, что «сеют
разумное, доброе, вечное». Если потребуется, они завтра будут оспаривать радости и печали, которые утверждают сегодня…
— Сейте
разумное, мелкое — вечное!
— Учите сеять
разумное, доброе и делаете войну, — кричал с лестницы молодой голос, и откуда-то из глубины дома через головы людей на лестнице изливалось тягучее скорбное пение, напоминая вой деревенских женщин над умершим.
«
Разумный мужик», — одобрил Самгин безнадежную речь.
— Браво! Вашу руку… Приятно встретить
разумного человека… Мы — выпьем! Пива, да? Отличное пиво.
Охотно посещая различные собрания, Самгин вылавливал из хаоса фраз те, которые казались ему наиболее
разумными, и находил, что эти фразы слагаются у него в нечто стройное, крепкое.
Неточные совпадения
Приходит муж. Он прерывает // Сей неприятный tête-а-tête; // С Онегиным он вспоминает // Проказы, шутки прежних лет. // Они смеются. Входят гости. // Вот крупной солью светской злости // Стал оживляться разговор; // Перед хозяйкой легкий вздор // Сверкал без глупого жеманства, // И прерывал его меж тем //
Разумный толк без пошлых тем, // Без вечных истин, без педантства, // И не пугал ничьих ушей // Свободной живостью своей.
Старушка очень полюбила // Совет
разумный и благой; // Сочлась — и тут же положила // В Москву отправиться зимой. // И Таня слышит новость эту. // На суд взыскательному свету // Представить ясные черты // Провинциальной простоты, // И запоздалые наряды, // И запоздалый склад речей; // Московских франтов и Цирцей // Привлечь насмешливые взгляды!.. // О страх! нет, лучше и верней // В глуши лесов остаться ей.
Как он, она была одета // Всегда по моде и к лицу; // Но, не спросясь ее совета, // Девицу повезли к венцу. // И, чтоб ее рассеять горе, //
Разумный муж уехал вскоре // В свою деревню, где она, // Бог знает кем окружена, // Рвалась и плакала сначала, // С супругом чуть не развелась; // Потом хозяйством занялась, // Привыкла и довольна стала. // Привычка свыше нам дана: // Замена счастию она.
Кровь Чичикова, напротив, играла сильно, и нужно было много
разумной воли, чтоб набросить узду на все то, что хотело бы выпрыгнуть и погулять на свободе.
При ней как-то смущался недобрый человек и немел, а добрый, даже самый застенчивый, мог разговориться с нею, как никогда в жизни своей ни с кем, и — странный обман! — с первых минут разговора ему уже казалось, что где-то и когда-то он знал ее, что случилось это во дни какого-то незапамятного младенчества, в каком-то родном доме, веселым вечером, при радостных играх детской толпы, и надолго после того как-то становился ему скучным
разумный возраст человека.