Неточные совпадения
Выпив
чаю, он стал дожидаться, когда его позовут на допрос; настроение его не падало, но на допрос не позвали, а
принесли обед из ресторана, остывший, однако вкусный.
Несколько часов ходьбы по улицам дали себя знать, — Самгин уже спал, когда Анфимьевна
принесла стакан
чаю. Его разбудила Варвара, дергая за руку с такой силой, точно желала сбросить на пол.
— Лидия Тимофеевна не придет, просила
принести ей
чаю и рюмку какого-нибудь вина.
Но он почти каждый день посещал Прозорова, когда старик чувствовал себя бодрее, работал с ним, а после этого оставался пить
чай или обедать. За столом Прозоров немножко нудно, а все же интересно рассказывал о жизни интеллигентов 70–80-х годов, он знавал почти всех крупных людей того времени и говорил о них, грустно покачивая головою, как о людях, которые мужественно
принесли себя в жертву Ваалу истории.
Принесли чай, кофе, наконец, завтрак. Как ни отговаривался Райский, но должен был приняться за все: это было одно средство успокоить бабушку и не испортить ей утро.
Потянулись секунды, минуты и часы, бесконечные часы. Александрову
принесли чай — сбитень и булку с маслом, но он отказался и отдал Круглову.
Потом он позвонил и сказал, чтобы ему
принесли чаю; и потом, когда пил чай, она все стояла, отвернувшись к окну… Она плакала от волнения, от скорбного сознания, что их жизнь так печально сложилась; они видятся только тайно, скрываются от людей, как воры! Разве жизнь их не разбита?
Литвинов велел
принести чаю, но поболтать хорошенько не удалось. Он чувствовал постоянное угрызение совести; что бы он ни говорил, ему все казалось, что он лжет и что Татьяна догадывается. А между тем в ней не замечалось перемены; она так же непринужденно держалась… только взор ее ни разу не останавливался на Литвинове, а как-то снисходительно и пугливо скользил по нем — и бледнее она была обыкновенного.
Неточные совпадения
Богат, хорош собою, Ленский // Везде был принят как жених; // Таков обычай деревенский; // Все дочек прочили своих // За полурусского соседа; // Взойдет ли он, тотчас беседа // Заводит слово стороной // О скуке жизни холостой; // Зовут соседа к самовару, // А Дуня разливает
чай, // Ей шепчут: «Дуня, примечай!» // Потом
приносят и гитару; // И запищит она (Бог мой!): // Приди в чертог ко мне златой!..
Она зари не замечает, // Сидит с поникшею главой // И на письмо не напирает // Своей печати вырезной. // Но, дверь тихонько отпирая, // Уж ей Филипьевна седая //
Приносит на подносе
чай. // «Пора, дитя мое, вставай: // Да ты, красавица, готова! // О пташка ранняя моя! // Вечор уж как боялась я! // Да, слава Богу, ты здорова! // Тоски ночной и следу нет, // Лицо твое как маков цвет». —
—
Чаю подай. Да
принеси ты мне газет, старых, этак дней за пять сряду, а я тебе на водку дам.
— Э-эх! Посидите, останьтесь, — упрашивал Свидригайлов, — да велите себе
принести хоть
чаю. Ну посидите, ну, я не буду болтать вздору, о себе то есть. Я вам что-нибудь расскажу. Ну, хотите, я вам расскажу, как меня женщина, говоря вашим слогом, «спасала»? Это будет даже ответом на ваш первый вопрос, потому что особа эта — ваша сестра. Можно рассказывать? Да и время убьем.
— Вставай, чего спишь! — закричала она над ним, — десятый час. Я тебе
чай принесла: хошь чайку-то? Поди отощал?