— Как видите. А был такой Петр Усов, слепой; он выступил на митинге, и по дороге домой его убили, буквально растоптали ногами. Необходима организация боевых дружин, и — «око за око, зуб за зуб». У эсеров
будет раскол по вопросу о терроре.
Неточные совпадения
Она стала угловатой, на плечах и бедрах ее высунулись кости, и хотя уже резко обозначились груди, но они
были острые, как локти, и неприятно
кололи глаза Клима; заострился нос, потемнели густые и строгие брови, а вспухшие губы стали волнующе яркими.
У нас, главное,
было бы о чем поболтать, а жить всячески можно, хоть на
кол посади — живут!
Клим Самгин никак не мог понять свое отношение к Спивак, и это злило его. Порою ему казалось, что она осложняет смуту в нем, усиливает его болезненное состояние. Его и тянуло к ней и отталкивало от нее. В глубине ее кошачьих глаз, в центре зрачка, он подметил холодноватую, светлую иголочку, она
колола его как будто насмешливо, а может
быть, зло. Он
был уверен, что эта женщина с распухшим животом чего-то ищет в нем, хочет от него.
И мешал грузчик в красной рубахе; он жил в памяти неприятным пятном и, как бы сопровождая Самгина, вдруг воплощался то в одного из матросов парохода, то в приказчика на пристани пыльной Самары, в пассажира третьего класса, который, сидя на корме,
ел орехи, необыкновенным приемом
раскалывая их: положит орех на коренные зубы, ударит ладонью снизу по челюсти, и — орех расколот.
— И ничего не
было у них, ни ружьишка, ни пистолетишка, только палки, да
колья, да вопли…
— Еду охранять поместье, завод какого-то сенатора, администратора, вообще — лица с весом! Четвертый раз в этом году. Мелкая сошка, ну и суют куда другого не сунешь. Семеновцы — Мин, Риман, вообще — немцы, за укрощение России получат на чаишко… здорово получат! А я, наверное, получу
колом по башке. Или — кирпичом…
Пейте, французский…
Личико Илюшечки перекосилось. Он страдальчески посмотрел на Колю. Алеша, стоявший у дверей, нахмурился и кивнул
было Коле украдкой, чтобы тот не заговаривал про Жучку, но тот не заметил или не захотел заметить.
Встреча с Колей побудила князя сопровождать генерала и к Марфе Борисовне, но только на одну минуту. Князю нужен
был Коля; генерала же он во всяком случае решил бросить и простить себе не мог, что вздумал давеча на него понадеяться. Взбирались долго, в четвертый этаж, и по черной лестнице.
Неточные совпадения
Собакевича знаешь?» — спросил он и тут же услышал, что старуха знает не только Собакевича, но и Манилова, и что Манилов
будет поделикатней Собакевича: велит тотчас сварить курицу, спросит и телятинки;
коли есть баранья печенка, то и бараньей печенки спросит, и всего только что попробует, а Собакевич одного чего-нибудь спросит, да уж зато всё съест, даже и подбавки потребует за ту же цену.
Я с удовольствием поговорю,
коли хороший человек; с человеком хорошим мы всегда свои други, тонкие приятели:
выпить ли чаю или закусить — с охотою,
коли хороший человек.
— Как милости вашей
будет завгодно, — отвечал на все согласный Селифан, —
коли высечь, то и высечь; я ничуть не прочь от того. Почему ж не посечь,
коли за дело, на то воля господская. Оно нужно посечь, потому что мужик балуется, порядок нужно наблюдать.
Коли за дело, то и посеки; почему ж не посечь?
— Да уж само собою разумеется. Третьего сюда нечего мешать; что по искренности происходит между короткими друзьями, то должно остаться во взаимной их дружбе. Прощайте! Благодарю, что посетили; прошу и вперед не забывать:
коли выберется свободный часик, приезжайте пообедать, время провести. Может
быть, опять случится услужить чем-нибудь друг другу.