Неточные совпадения
Были минуты, когда Дронов внезапно расцветал и становился непохож сам на себя. Им овладевала задумчивость, он весь вытягивался, выпрямлялся и мягким голосом тихо рассказывал Климу удивительные полусны, полусказки. Рассказывал, что из колодца в углу двора вылез
огромный, но легкий и прозрачный, как тень, человек, перешагнул через
ворота, пошел по улице, и, когда проходил мимо колокольни, она, потемнев, покачнулась вправо и влево, как тонкое дерево под ударом ветра.
Он вышел от нее очень поздно. Светила луна с той отчетливой ясностью, которая многое на земле обнажает как ненужное. Стеклянно хрустел сухой снег под ногами.
Огромные дома смотрели друг на друга бельмами замороженных окон; у
ворот — черные туши дежурных дворников; в пустоте неба заплуталось несколько звезд, не очень ярких. Все ясно.
Но, несмотря на голоса из темноты,
огромный город все-таки вызывал впечатление пустого, онемевшего. Окна ослепли,
ворота закрыты, заперты, переулки стали более узкими и запутанными. Чутко настроенный слух ловил далекие щелчки выстрелов, хотя Самгин понимал, что они звучат только в памяти. Брякнула щеколда калитки. Самгин приостановился. Впереди его знакомый голос сказал...
Неточные совпадения
Мало того, даже, как нарочно, в это самое мгновение только что перед ним въехал в
ворота огромный воз сена, совершенно заслонявший его все время, как он проходил подворотню, и чуть только воз успел выехать из
ворот во двор, он мигом проскользнул направо.
Гоняясь за ними, я нечувствительно увлекся в
ворота казарм и очутился на
огромном дворе, который служит плацпарадом для ученья полка.
Фабрика —
огромное квадратное здание в предместии Бинондо в два этажа, с несколькими флигелями, пристройками, со многими
воротами и дверями, с большим двором внутри.
Помню 1881 год. Проходя как-то на репетицию мимо Триумфальных
ворот, я увидел
огромную толпу. Задрав головы, все галдели.
Посредине дома — глухие железные
ворота с калиткой всегда на цепи, у которой день и ночь дежурили
огромного роста, здоровенные дворники. Снаружи дом, украшенный вывесками торговых заведений, был в полном порядке. Первый и второй этажи сверкали
огромными окнами богато обставленных магазинов. Здесь были модная парикмахерская Орлова, фотография Овчаренко, портной Воздвиженский. Верхние два этажа с незапамятных времен были заняты меблированными комнатами Чернышевой и Калининой, почему и назывались «Чернышами».