Неточные совпадения
— Ну, знаешь, «
волков бояться — в лес
не ходить».
— Клюква, — повторил Митрофанов, наклоняясь к нему через стол. — Вы, Клим Иванович,
не верьте:
волка клюквой
не накормишь,
не ест! — зашептал он, часто мигая глазами, и еще более налег на стол. —
Не верьте — притворяются. Я знаю.
— Ссылка? Это установлено для того, чтоб подумать, поучиться. Да, скучновато. Четыре тысячи семьсот обывателей, никому — и самим себе —
не нужных, беспомощных людей; они отстали от больших городов лет на тридцать, на пятьдесят, и все, сплошь, заражены скептицизмом невежд. Со скуки — чудят. Пьют. Зимними ночами в город заходят
волки…
— Пробовал, но —
не увлекся. Перебил
волку позвоночник, жалко стало зверюгу, отчаянно мучился. Пришлось добить, а это уж совсем скверно. Ходил стрелять тетеревей на току, но до того заинтересовался птичьим обрядом любви, что выстрелить опоздал. Да, признаюсь, и
не хотелось. Это — удивительная штука — токованье!
Я, разумеется,
не советую «с
волками жить — по-волчьи выть», как советует старинная и политически мудрая пословица.
Думали, в реке потонул, но вода нигде мертвого тела не вынесла; думали —
не волки ли съели его, но сколько по лесу ни ходили — ни косточки, ни остатков Герасимовой одежды не нашли.
Поворчал на девок Трифон, но не больно серчал… Нечего думой про девок раскидывать, не медведь их заел,
не волк зарезал — придут, воротятся. Одно гребтело Лохматому: так ли, не так ли, а Карпушке быть в лесу. «Уж коли дело на то пошло, — думает он про Параньку, — так пусть бы с кем хотела, только б не с мироедом…» Подумал так Трифон Михайлыч, махнул рукой и спать собрался.
Неточные совпадения
Встает заря во мгле холодной; // На нивах шум работ умолк; // С своей волчихою голодной // Выходит на дорогу
волк; // Его почуя, конь дорожный // Храпит — и путник осторожный // Несется в гору во весь дух; // На утренней заре пастух //
Не гонит уж коров из хлева, // И в час полуденный в кружок // Их
не зовет его рожок; // В избушке распевая, дева // Прядет, и, зимних друг ночей, // Трещит лучинка перед ней.
Огонь потух; едва золою // Подернут уголь золотой; // Едва заметною струею // Виется пар, и теплотой // Камин чуть дышит. Дым из трубок // В трубу уходит. Светлый кубок // Еще шипит среди стола. // Вечерняя находит мгла… // (Люблю я дружеские враки // И дружеский бокал вина // Порою той, что названа // Пора меж
волка и собаки, // А почему,
не вижу я.) // Теперь беседуют друзья:
Вот вам от слова в слово он: // «Как скоро
Волк у стада забуянит, // И обижать он Овцу станет, // То
Волка тут властна Овца, //
Не разбираючи лица, // Схватить за шиворот и в суд тотчас представить, // В соседний лес иль в бор».
Но так как о
Волках худой на свете толк, // И
не сказали бы, что смотрит Лев на лицы, // То велено звериный весь народ // Созвать на общий сход,
Что
волки жадны, всякий знает: //
Волк, евши, никогда // Костей
не разбирает.