Неточные совпадения
— Ты хладнокровно, без сострадания ведешь какой-то подсчет страданиям людским, как математик,
немец, бухгалтер, актив-пассив, и черт тебя
возьми!
— Германия не допустит революции, она не
возьмет примером себе вашу несчастную Россию. Германия сама пример для всей Европы. Наш кайзер гениален, как Фридрих Великий, он — император, какого давно ждала история. Мой муж Мориц Бальц всегда внушал мне: «Лизбет, ты должна благодарить бога за то, что живешь при императоре, который поставит всю Европу на колени пред
немцами…»
Надо брать пример с
немцев, у них рост социализма идет нормально, путем отбора лучших из рабочего класса и включения их в правящий класс, — говорил Попов и, шагнув, задел ногой ножку кресла, потом толкнул его коленом и, наконец,
взяв за спинку, отставил в сторону.
Будто в ту пору дедушка его протянул руку, чтобы Константинополь
взять, а
немцы — не дали.
— У них такая думка, чтоб всемирный народ, крестьянство и рабочие,
взяли всю власть в свои руки. Все люди: французы,
немцы, финлянцы…
— Черт их
возьми,
немцев, с их длинными пушками!
— Кричать, разумеется, следует, — вяло и скучно сказал он. — Начали с ура, теперь вот караул приходится кричать. А покуда мы кричим,
немцы схватят нас за шиворот и поведут против союзников наших. Или союзники помирятся с
немцами за наш счет, скажут: «
Возьмите Польшу, Украину, и — ну вас к черту, в болото! А нас оставьте в покое».
— Он сторонник союза с
немцами, в соединении с ними мы бы
взяли за горло всю Европу! Что надобно понять?
Неточные совпадения
— Управитель так и оторопел, говорит: «Что вам угодно?» — «А! говорят, так вот ты как!» И вдруг, с этим словом, перемена лиц и физиогномии… «За делом! Сколько вина выкуривается по именью? Покажите книги!» Тот сюды-туды. «Эй, понятых!»
Взяли, связали, да в город, да полтора года и просидел
немец в тюрьме.
Вошел доктор, аккуратный старичок,
немец, озираясь с недоверчивым видом; подошел к больному,
взял пульс, внимательно ощупал голову и с помощью Катерины Ивановны отстегнул всю смоченную кровью рубашку и обнажил грудь больного.
— А как он
возьмет счеты да покажет после
немцу, тот сосчитает, так, пожалуй, того…
— А где
немцы сору
возьмут, — вдруг возразил Захар. — Вы поглядите-ка, как они живут! Вся семья целую неделю кость гложет. Сюртук с плеч отца переходит на сына, а с сына опять на отца. На жене и дочерях платьишки коротенькие: всё поджимают под себя ноги, как гусыни… Где им сору
взять? У них нет этого вот, как у нас, чтоб в шкапах лежала по годам куча старого изношенного платья или набрался целый угол корок хлеба за зиму… У них и корка зря не валяется: наделают сухариков да с пивом и выпьют!
— Нет, не оставлю! Ты меня не хотел знать, ты неблагодарный! Я пристроил тебя здесь, нашел женщину-клад. Покой, удобство всякое — все доставил тебе, облагодетельствовал кругом, а ты и рыло отворотил. Благодетеля нашел:
немца! На аренду имение
взял; вот погоди: он тебя облупит, еще акций надает. Уж пустит по миру, помяни мое слово! Дурак, говорю тебе, да мало дурак, еще и скот вдобавок, неблагодарный!