Неточные совпадения
Дети быстро пошли
на окраину города, Клим подавленно молчал, шагая сзади сестер, и сквозь тяжелый
испуг свой слышал, как старшая Сомова упрекала сестру...
Клим смотрел
на ее синюю щеку, в открытый, серьезный глаз и, не чувствуя
испуга, удивлялся.
Похолодев от
испуга, Клим стоял
на лестнице, у него щекотало в горле, слезы выкатывались из глаз, ему захотелось убежать в сад,
на двор, спрятаться; он подошел к двери крыльца, — ветер кропил дверь осенним дождем. Он постучал в дверь кулаком, поцарапал ее ногтем, ощущая, что в груди что-то сломилось, исчезло, опустошив его. Когда, пересилив себя, он вошел в столовую, там уже танцевали кадриль, он отказался танцевать, подставил к роялю стул и стал играть кадриль в четыре руки с Таней.
Он говорил еще что-то, но, хотя в комнате и
на улице было тихо, Клим не понимал его слов, провожая телегу и глядя, как ее медленное движение заставляет встречных людей врастать в панели, обнажать головы. Серые тени
испуга являлись
на лицах, делая их почти однообразными.
— Милая, — прошептал Клим в зеркало, не находя в себе ни радости, ни гордости, не чувствуя, что Лидия стала ближе ему, и не понимая, как надобно вести себя, что следует говорить. Он видел, что ошибся, — Лидия смотрит
на себя не с
испугом, а вопросительно, с изумлением. Он подошел к ней, обнял.
Это прозвучало так обиженно, как будто было сказано не ею. Она ушла, оставив его в пустой, неприбранной комнате, в тишине, почти не нарушаемой робким шорохом дождя. Внезапное решение Лидии уехать, а особенно ее
испуг в ответ
на вопрос о женитьбе так обескуражили Клима, что он даже не сразу обиделся. И лишь посидев минуту-две в состоянии подавленности, сорвал очки с носа и, до боли крепко пощипывая усы, начал шагать по комнате, возмущенно соображая...
Глаза его, в которых застыл тупой
испуг, его низкий лоб, густые волосы, обмазавшие череп его, как смола, тяжелая челюсть, крепко сжатые губы — все это крепко въелось в память Самгина, и
на следующих процессах он уже в каждом подсудимом замечал нечто сходное с отцеубийцей.
Оттолкнувшись плечом от косяка двери, он пошатнулся, навалился
на Самгина, схватил его за плечо. Он был так пьян, что едва стоял
на ногах, но его косые глаза неприятно ярко смотрели в лицо Самгина с какой-то особенной зоркостью, даже как будто с
испугом.
Когда Клим, с ножом в руке, подошел вплоть к ней, он увидал в сумраке, что широко открытые глаза ее налиты страхом и блестят фосфорически, точно глаза кошки. Он, тоже до
испуга удивленный ею, бросил нож, обнял ее, увел в столовую, и там все объяснилось очень просто: Варвара плохо спала, поздно встала, выкупавшись, прилегла
на кушетке в ванной, задремала, и ей приснилось что-то страшное.
Он возгласил это театрально и даже взмахнул рукою, но его лицо тотчас выдало фальшь слов, оно обмякло, оплыло, ртутные глаза
на несколько секунд прекратили свой трепет, слова тоста как бы обожгли Лютова
испугом.
— Боже мой, — повторяла она с радостью и как будто с
испугом. В руках ее и
на груди,
на пуговицах шубки — пакеты, освобождая руку, она уронила один из них; Самгин наклонился; его толкнули, а он толкнул ее, оба рассмеялись, должно быть, весьма глупо.
— Я — приезжий, адвокат, — сказал он первое, что пришло в голову, видя, что его окружают нетрезвые люди, и не столько с
испугом, как с отвращением, ожидая, что они его изобьют. Но молодой парень в синей, вышитой рубахе, в лаковых сапогах, оттолкнул пьяного в сторону и положил ладонь
на плечо Клима. Самгин почувствовал себя тоже как будто охмелевшим от этого прикосновения.
Было странно слышать, что, несмотря
на необыденность тем, люди эти говорят как-то обыденно просто, даже почти добродушно; голосов и слов озлобленных Самгин не слышал. Вдруг все люди впереди его дружно побежали, а с площади, встречу им, вихрем взорвался оглушающий крик, и было ясно, что это не крик
испуга или боли. Самгина толкали, обгоняя его, кто-то схватил за рукав и повлек его за собой, сопя...
Когда вдалеке, из пасти какой-то улицы,
на Театральную площадь выползла красная голова небывало и неестественно плотного тела процессии, он почувствовал, что по всей коже его спины пробежала холодноватая дрожь; он не понимал, что вызвало ее:
испуг или восхищение?
— Извините, — сказал старичок, кивнув желтым черепом в клочьях волос, похожих
на вату. — Болтаю, конечно, от
испуга души.
А толстенькая девица в шапочке
на курчавых волосах радостно и даже как будто с
испугом объявила...
— Ну, одним словом: Локтев был там два раза и первый раз только сконфузился, а во второй — протестовал, что вполне естественно с его стороны. Эти… обнаженны обозлились
на него и, когда он шел ночью от меня с девицей Китаевой, — тоже гимназистка, — его избили. Китаева убежала, думая, что он убит, и — тоже глупо! — рассказала мне обо всем этом только вчера вечером. Н-да. Тут, конечно,
испуг и опасение, что ее исключат из гимназии, но… все-таки не похвально, нет!
Самгин шагнул еще, наступил
на горящую свечу и увидал в зеркале рядом с белым стройным телом женщины человека в сереньком костюме, в очках, с острой бородкой, с выражением
испуга на вытянутом, желтом лице — с открытым ртом.
Крэйтон, качаясь вместе со стулом, смеялся. Пыльников смотрел
на Елену с
испугом, остальные пять-шесть человек ждали — что будет?
Неточные совпадения
Хлестаков, городничий и Добчинский. Городничий, вошед, останавливается. Оба в
испуге смотрят несколько минут один
на другого, выпучив глаза.
Усоловцы крестилися, // Начальник бил глашатая: // «Попомнишь ты, анафема, // Судью ерусалимского!» // У парня, у подводчика, // С
испуга вожжи выпали // И волос дыбом стал! // И, как
на грех, воинская // Команда утром грянула: // В Устой, село недальное, // Солдатики пришли. // Допросы! усмирение! — // Тревога! по спопутности // Досталось и усоловцам: // Пророчество строптивого // Чуть в точку не сбылось.
На этот призыв выходит из толпы парень и с разбега бросается в пламя. Проходит одна томительная минута, другая. Обрушиваются балки одна за другой, трещит потолок. Наконец парень показывается среди облаков дыма; шапка и полушубок
на нем затлелись, в руках ничего нет. Слышится вопль:"Матренка! Матренка! где ты?" — потом следуют утешения, сопровождаемые предположениями, что, вероятно, Матренка с
испуга убежала
на огород…
12.
На гуляньях и сборищах народных — людей не давить; напротив того, сохранять
на лице благосклонную усмешку, дабы веселящиеся не пришли в
испуг.
Видно было, как вздрогнула
на лице его какая-то административная жилка, дрожала-дрожала и вдруг замерла… Глуповцы в смятении и
испуге повскакали с своих мест.