Неточные совпадения
Уши отца багровели, слушая Варавку, а отвечая ему, Самгин смотрел в плечо его и притопывал ногой, как точильщик ножей, ножниц. Нередко он возвращался домой пьяный, проходил в спальню
матери, и там долго был слышен его завывающий голосок. В утро последнего своего отъезда он
вошел в комнату Клима, тоже выпивши, сопровождаемый негромким напутствием
матери...
Затем он долго говорил о восстании декабристов, назвав его «своеобразной трагической буффонадой», дело петрашевцев — «заговором болтунов по ремеслу», но раньше чем он успел перейти к народникам, величественно
вошла мать, в сиреневом платье, в кружевах, с длинной нитью жемчуга на груди.
Около полуночи, после скучной игры с Варавкой и
матерью в преферанс, Клим ушел к себе, а через несколько минут
вошла мать уже в лиловом капоте, в ночных туфлях, села на кушетку и озабоченно заговорила, играя кистями пояса...
Он,
мать и Варавка сгрудились в дверях, как бы не решаясь
войти в комнату; Макаров подошел, выдернул папиросу из мундштука Лютова, сунул ее в угол своего рта и весело заговорил...
Бал только что начался, когда Кити с
матерью входила на большую, уставленную цветами и лакеями в пудре и красных кафтанах, залитую светом лестницу.
«Нет, — думала она, — без бога, видно, ни на шаг». Она предложила Александру поехать с ней к обедне в ближайшее село, но он проспал два раза, а будить она его не решалась. Наконец она позвала его вечером ко всенощной. «Пожалуй», — сказал Александр, и они поехали.
Мать вошла в церковь и стала у самого клироса, Александр остался у дверей.
Ты знала, на что шла, сходясь со мной, смерть
матери входила в наши расчеты, она умирает вовремя, иначе она связала бы наши руки.
Неточные совпадения
Она
вошла, едва переводя дух от скорого бега, сняла с себя платок, отыскала глазами
мать, подошла к ней и сказала: «Идет! на улице встретила!»
Мать пригнула ее на колени и поставила подле себя.
Впрочем, и это бледное и угрюмое лицо озарилось на мгновение как бы светом, когда
вошли мать и сестра, но это прибавило только к выражению его, вместо прежней тоскливой рассеянности, как бы более сосредоточенной муки.
Домой скотина гонится, // Дорога запылилася, // Запахло молоком. // Вздохнула
мать Митюхина: // — Хоть бы одна коровушка // На барский двор
вошла! — // «Чу! песня за деревнею, // Прощай, горю́шка бедная! // Идем встречать народ».
Анюта между тем
вошла в избу и
матери своей меня расхвалила.
— Ну, и тем лучше для него, — сказал Вронский улыбаясь. — А, ты здесь, — обратился он к высокому старому лакею
матери, стоявшему у двери, —
войди сюда.