— Просто, как есть. По улице мостовой шла девица за водой — довольно с меня. Вот я нынче старческие мемуары в наших
исторических журналах почитываю. Факты — так себе, ничего, а чуть только старичок начнет выводы выводить — хоть святых вон понеси. Глупо, недомысленно, по-детски. Поэтому я и думаю, что нам, вероятно, на этом поприще не судьба.
С этой целью я собрал и напечатал в одном из наших
исторических журналов несколько исторических сведений о том, как у нас ранее сего собирались уничтожить публичную пагубу у девушек и как этим ничего для пользы их не достигли.
Неточные совпадения
Этот
журнал, свои дела, женитьба поглощали его совершенно. Я видал его в конторе, на Невском, в театрах (и то редко); но не помню, чтобы он устраивал что-нибудь общелитераторское, в чем сказывалась бы близость великой
исторической годовщины, расколовшей историю России на две эпохи: рабовладельчества и падения его.
Отсюда мы продолжим наше повествование подлинными словами светского
журнала. Он любопытен не только в отношении
историческом, но и по самому образцу изложения, так как в одном и том же акте одно и то же лицо называется сперва великим князем и высочеством, потом императором и величеством.
О Тютчеве никогда никто не говорил, а о Фете говорили только как об образце пустого, бессодержательного поэта и повторяли эпиграмму, что-то вроде: «Фет, Фет, ума у тебя нет!» В
журнале «Русская речь», который папа выписывал, печатались
исторические романы Шардина из времен Екатерины II, Павла и др.
Все, я думаю, помнят, в каком огромном количестве в тридцатых годах выходили романы переводные и русские, романы всевозможных содержаний:
исторические, нравоописательные, разбойничьи; сборники, альманахи и, наконец,
журналы.
Он читал с утра до вечера — и не
журналы, а серьезные книги,
исторические сочинения.