Неточные совпадения
Затем он вспомнил, что в кармане его
лежит письмо матери, полученное днем; немногословное письмо это, написанное с алгебраической точностью, сообщает, что культурные люди обязаны работать, что она хочет открыть в
городе музыкальную школу, а Варавка намерен издавать газету и пройти в городские головы. Лидия будет дочерью городского головы. Возможно, что, со временем, он расскажет ей роман с Нехаевой; об этом лучше всего рассказать в комическом тоне.
В тени серых, невысоких стен кремля сидели и
лежали калмыки, татары, персы, вооруженные лопатами, ломами, можно было подумать, что они только что взяли
город с боя и, отдыхая, дожидаются, когда им прикажут разрушить кремль.
Москва была богато убрана снегом, толстые пуховики его
лежали на крышах, фонари покрыты белыми чепчиками, всюду блестело холодное серебро, морозная пыль над
городом тоже напоминала спокойный блеск оксидированного серебра. Под ногами людей хрящевато поскрипывал снег, шуршали и тихонько взвизгивали железные полозья саней.
Было за полдень давно. Над
городом лежало оцепенение покоя, штиль на суше, какой бывает на море штиль широкой, степной, сельской и городской русской жизни. Это не город, а кладбище, как все эти города.
Наконец он дошел до самого верха, над колоколами, и оглянулся.
Город лежал окутанный мглою; огней сквозь осенний туман не было видно. Решетка в этом ярусе была такая низенькая, что опереться на нее было нельзя, а ограниченность пространства не допускала разбега. Однако кончить все-таки было нужно, кончить теперь же, сейчас, потому что завтра, упаси бог, он и впрямь юродствовать начнет.
Неточные совпадения
Молочный, густой туман
лежал над
городом.
Уставши, наконец, тянуться, выправляться, // С досадою Барбосу он сказал, // Который у воза хозяйского
лежал: // «Не правда ль, надобно признаться, // Что в
городе у вас // Народ без толку и без глаз?
Вот он сидит у окна своей дачи (он живет на даче, в нескольких верстах от
города), подле него
лежит букет цветов. Он что-то проворно дописывает, а сам беспрестанно поглядывает через кусты, на дорожку, и опять спешит писать.
В Гороховой улице, в одном из больших домов, народонаселения которого стало бы на целый уездный
город,
лежал утром в постели, на своей квартире, Илья Ильич Обломов.
— Я как будто получше, посвежее, нежели как был в
городе, — сказал он, — глаза у меня не тусклые… Вот ячмень показался было, да и пропал… Должно быть, от здешнего воздуха; много хожу, вина не пью совсем, не
лежу… Не надо и в Египет ехать.