Неточные совпадения
Редакция помещалась на углу тихой Дворянской улицы и пустынного переулка, который, изгибаясь, упирался
в железные ворота богадельни. Двухэтажный дом был переломлен: одна часть его осталась на улице, другая, длиннее на два окна, пряталась
в переулок. Дом был старый, казарменного вида, без украшений по фасаду, желтая окраска его
стен пропылилась, приобрела цвет недубленой кожи, солнце раскрасило стекла окон
в фиолетовые
тона, и над полуслепыми окнами этого дома неприятно было видеть золотые слова: «Наш край».
Покручивая бородку, он осматривал
стены комнаты, выкрашенные
в неопределенный, тусклый
тон; против него на
стене висел этюд маслом, написанный резко, сильными мазками: сочно синее небо и зеленоватая волна, пенясь, опрокидывается на оранжевый песок.
Дунаева прижали к
стене двое незнакомых Климу молодых людей, один —
в поддевке; они наперебой говорили ему что-то, а он смеялся, протяжно, поддразнивающим
тоном тянул...
Неточные совпадения
Когда там, вверху, над землей, пробегали облака, затеняя солнечный свет,
стены подземелья
тонули совсем
в темноте, как будто раздвигались, уходили куда-то, а потом опять выступали жесткими, холодными камнями, смыкаясь крепкими объятиями над крохотною фигуркой девочки.
У него глаза потухли, и
в них не сверкали отблески вечернего солнца; у нее кое-где провалилась крыша,
стены осыпались, и, вместо гулкого, с высоким
тоном, медного колокола, совы заводили
в ней по ночам свои зловещие песни.
Крепостным правом они особенно не возмущались, но и не выходили крепостницами и
в обращении с прислугой привозили с собой очень гуманный и порядочный
тон. Этого, конечно, не было бы, если б там,
в стенах казенного заведения, поощрялись разные «вотчинные» замашки. Они не стремились к тому, что и тогда уже называлось «эмансипацией», и, читая романы Жорж Занд, не надевали на себя никаких заграничных личин во вкусе той или другой героини.
Не заметил он, как чрез Никольские ворота вступили они
в Кремль, обошли Ивана Великого и остановились над кремлевским рвом, где
тонула в тени маленькая церковь, а вокруг извивалась зубчатая
стена с оригинальными азиатскими башнями, а там тихая Москва-река с перекинутым через нее Москворецким мостом, а еще дальше облитое лунным светом Замоскворечье и сияющий купол Симонова монастыря.
В комнате непрерывно звучали два голоса, обнимаясь и борясь друг с другом
в возбужденной игре. Шагал Павел, скрипел пол под его ногами. Когда он говорил, все звуки
тонули в его речи, а когда спокойно и медленно лился тяжелый голос Рыбина, — был слышен стук маятника и тихий треск мороза, щупавшего
стены дома острыми когтями.