Неточные совпадения
Чтоб не думать, он пошел к Варавке, спросил, не нужно ли помочь ему? Оказалось — нужно. Часа два он сидел за столом, снимая копию с проекта договора Варавки с городской управой о постройке нового театра, писал и чутко
вслушивался в тишину. Но все вокруг каменно молчало. Ни
голосов, ни шороха шагов.
Из открытого окна флигеля доносился спокойный
голос Елизаветы Львовны; недавно она начала заниматься историей литературы с учениками школы, человек восемь ходили к ней на дом. Чтоб не думать, Самгин заставил себя
вслушиваться в слова Спивак.
«Хитрая бестия», — думал он, искоса поглядывая на Варвару,
вслушиваясь в задыхающийся
голос уставшего проповедника, а тот, ловя пальцами воздух, встряхивая расколотой головою, говорил...
Выгибая грудь, он прижимал к ней кулак, выпрямлялся, возводя глаза
в сизый дым над его головою, и молчал, точно
вслушиваясь в шорох приглушенных
голосов,
в тяжелые вздохи и кашель.
Неточные совпадения
Получив желаемое, я ушел к себе, и только сел за стол писать, как вдруг слышу
голос отца Аввакума, который, чистейшим русским языком, кричит: «Нет ли здесь воды, нет ли здесь воды?» Сначала я не обратил внимания на этот крик, но, вспомнив, что, кроме меня и натуралиста,
в городе русских никого не было, я стал
вслушиваться внимательнее.
Я не умел поберечь сна бедной моей матери, тронул ее рукой и сказал: «Ах, какое солнышко! как хорошо пахнет!» Мать вскочила,
в испуге сначала, и потом обрадовалась,
вслушавшись в мой крепкий
голос и взглянув на мое посвежевшее лицо.
Пастор боялся, что ребенок также
вслушается в этот
голос и заплачет. Пастор этого очень боялся и, чтобы отвлечь детское внимание от материнских стонов, говорил:
Он не противился и, отпустив ее, вздохнул полною грудью. Он слышал, как она оправляет свои волосы. Его сердце билось сильно, но ровно и приятно; он чувствовал, как горячая кровь разносит по всем телу какую-то новую сосредоточенную силу. Когда через минуту она сказала ему обычным тоном: «Ну, теперь вернемся к гостям», он с удивлением
вслушивался в этот милый
голос,
в котором звучали совершенно новые ноты.
Только волостной старшина, утвердив живот на коленях и заботливо поддерживая его руками, сидел, наклонив голову, и, казалось, один
вслушивался в однообразное журчание
голосов, да старичок, воткнутый
в кресло, торчал
в нем неподвижно, как флюгер
в безветренный день.