Неточные совпадения
Из всех
взрослых мама самая трудная, о ней почти нечего
думать, как о странице тетради, на которой еще ничего не написано.
Мать нежно гладила горячей рукой его лицо. Он не стал больше говорить об учителе, он только заметил: Варавка тоже не любит учителя. И почувствовал, что рука матери вздрогнула, тяжело втиснув голову его в подушку. А когда она ушла, он, засыпая,
подумал: как это странно!
Взрослые находят, что он выдумывает именно тогда, когда он говорит правду.
— Ты не должен
думать, что понимаешь все, что говорят
взрослые…
После этой сцены Клим почувствовал нечто близкое уважению к девушке, к ее уму, неожиданно открытому им. Чувство это усиливали толчки недоверия Лидии, небрежности, с которой она слушала его. Иногда он опасливо
думал, что Лидия может на чем-то поймать, как-то разоблачить его. Он давно уже замечал, что сверстники опаснее
взрослых, они хитрее, недоверчивей, тогда как самомнение
взрослых необъяснимо связано с простодушием.
— Ты все такая же… нервная, — сказала Вера Петровна; по паузе Клим догадался, что она хотела сказать что-то другое. Он видел, что Лидия стала совсем
взрослой девушкой, взгляд ее был неподвижен, можно было
подумать, что она чего-то напряженно ожидает. Говорила она несвойственно ей торопливо, как бы желая скорее выговорить все, что нужно.
Неточные совпадения
— Вы
взрослая и потому не бойтесь выслушать меня: я говорю не ребенку. Вы были так резвы, молоды, так милы, что я забывал с вами мои лета и
думал, что еще мне рано — да мне, по летам, может быть, рано говорить, что я…
— Вот уж вы совсем большие,
взрослые девушки, — говорил он с грустною нотой в голосе. — Я часто
думаю о вас, и мне делается страшно.
Но так как мальчики
думают совершенно иначе, чем мы,
взрослые, и так как все запретное, все недосказанное или сказанное по секрету имеет в их глазах громадный, не только сугубый, но трегубый интерес, то, естественно, что из чтения они выводили смутную мысль, что
взрослые что-то скрывают от них.
Он состоит в том, что ребенку, спрашивающему у старших, живших прежде его и имевших возможность познать мудрость прежде живших людей, о том, что такое этот мир и его жизнь и какое отношение между тем и другим, — отвечают не то, что
думают и знают эти старшие, а то, что
думали люди, жившие тысячи лет тому назад, и во что никто из
взрослых людей уже не верит и не может верить.
Ребенок еще не чует в себе душу, и потому с ним не бывает того, что бывает со
взрослым человеком, когда в нем в одно и то же время говорят два несогласных голоса. Один говорит: съешь сам, а другой: отдай тому, кто просит. Один говорит: отплати, а другой говорит: прости. Один говорит: верь тому, что говорят, а другой говорит: сам
подумай.