Последовал обмен мнений. Хотя поломка деревьев едва ли была предусмотрена пироговской таблицей наказаний, но в новой гимназии только что были произведены посадки, и порча их считалась
большим преступлением. Тем не менее большинство мнений было в мою пользу:
— Что это у вас за новости, нашли ли вы
больше преступлений, чем преступников, или у вас больше преступников, чем преступлений?
— А во-вторых, — что отказываться? Да, я хотел бы дальше учиться. Мне кажется, у меня есть некоторые способности. И не думаю, чтобы такое желание могло почесться
большим преступлением.
Неточные совпадения
Преступления этих людей, разумеется, относительны и многоразличны;
большею частию они требуют, в весьма разнообразных заявлениях, разрушения настоящего во имя лучшего.
— Не совсем так, это правда, — тотчас же согласился Разумихин, торопясь и разгорячаясь, по обыкновению. — Видишь, Родион: слушай и скажи свое мнение. Я хочу. Я из кожи лез вчера с ними и тебя поджидал; я и им про тебя говорил, что придешь… Началось с воззрения социалистов. Известно воззрение:
преступление есть протест против ненормальности социального устройства — и только, и ничего
больше, и никаких причин
больше не допускается, — и ничего!..
Из
преступлений одно, именно: кража гороху, моркови и репы по огородам, было в
большом ходу, да однажды вдруг исчезли два поросенка и курица — происшествие, возмутившее весь околоток и приписанное единогласно проходившему накануне обозу с деревянной посудой на ярмарку. А то вообще случайности всякого рода были весьма редки.
Неосновательность моя причиною была, что я доверил лживому человеку, который, лично попавшись в
преступлении, был от откупу отрешен, и, по свидетельству будто его книг, сделался, по-видимому, на нем
большой начет.
Третий разряд составляли люди, наказанные за то, что они совершали, по их понятиям, самые обыкновенные и даже хорошие поступки, но такие, которые, по понятиям чуждых им людей, писавших законы, считались
преступлениями. К этому разряду принадлежали люди, тайно торгующие вином, перевозящие контрабанду, рвущие траву, собирающие дрова в
больших владельческих и казенных лесах. К этим же людям принадлежали ворующие горцы и еще неверующие люди, обворовывающие церкви.