Неточные совпадения
Я чувствовал себя
чужим в
доме, и вся эта жизнь возбуждала меня десятками уколов, настраивая подозрительно, заставляя присматриваться ко всему с напряженным вниманием.
Но главное, что угнетало меня, — я видел, чувствовал, как тяжело матери жить в
доме деда; она всё более хмурилась, смотрела на всех
чужими глазами, она подолгу молча сидела у окна в сад и как-то выцветала вся.
— Ты что это надул губы? — спрашивали меня то бабушка, то мать, — было неловко, что они спрашивают так, я ведь не сердился на них, а просто всё в
доме стало мне
чужим.
— Да как же, батюшка, Илья Ильич, я распоряжусь? — начал мягким сипеньем Захар. — Дом-то не мой: как же из
чужого дома не переезжать, коли гонят? Кабы мой дом был, так я бы с великим моим удовольствием…
Будучи принужден остаться ночевать в
чужом доме, он боялся, чтоб не отвели ему ночлега где-нибудь в уединенной комнате, куда легко могли забраться воры, он искал глазами надежного товарища и выбрал, наконец, Дефоржа.
— Меня шестьдесят пять лет Татьяной Марковной зовут. Ну, что — «как»? И поделом тебе! Что ты лаешься на всех: напал, в самом деле, в
чужом доме на женщину — хозяин остановил тебя — не по-дворянски поступаешь!..
— Я удивляюсь вам, Александр Павлыч… Если бы вы мне предложили горы золота, и тогда ваша просьба осталась бы неисполненной. Существуют такие моменты, когда
чужой дом — святыня, и никто не имеет права нарушать его священные покои.
Неточные совпадения
Не в полной памяти прошел он и в ворота своего
дома; по крайней мере, он уже прошел на лестницу и тогда только вспомнил о топоре. А между тем предстояла очень важная задача: положить его обратно, и как можно незаметнее. Конечно, он уже не в силах был сообразить, что, может быть, гораздо лучше было бы ему совсем не класть топора на прежнее место, а подбросить его, хотя потом, куда-нибудь на
чужой двор.
В моей сурминской вотчине // Крестьяне все подрядчики, // Бывало,
дома скучно им, // Все на
чужую сторону // Отпросятся с весны…
Ему пора уже жениться; по
чужим он не гуляет; меня не отдают к нему в
дом; то высватают за него другую, а я, бедная, умру с горя…
Но особенно понравилось ему то, что она тотчас же, как бы нарочно, чтобы не могло быть недоразумений при
чужом человеке, назвала Вронского просто Алексеем и сказала, что они переезжают с ним во вновь нанятый
дом, который здесь называют палаццо.
Если мы и останемся в одном
доме — мы
чужие.