Они так быстро сменяли одна другую, что Пётр не успевал поймать и заключить их в слова, улавливая только хитрые узоры, петли, узлы, опутывающие его, Наталью, Алексея, Никиту, Тихона, связывая всех в запутанный хоровод, который прятался неразличимо быстро, а он — в центре этого круга, один.
Сердце у философа билось, и пот катился градом; но, ободренный петушьим криком, он дочитывал быстрее листы, которые должен был прочесть прежде. При первой заре пришли сменить его дьячок и седой Явтух, который на тот раз отправлял должность церковного старосты.
Робкая, притаившаяся за окном тишина, сменив шум, обнажала в селе что-то подавленное, запуганное, обостряла в груди ощущение одиночества, наполняя душу сумраком, серым и мягким, как зола.
Уже глаза Грэя начали принимать несвойственное им странное выражение, а губы под усами складываться в слабую кроткую улыбку, как, опомнившись, он расхохотался и вышел сменить Пантена.
И ведь весь ужас в том, что та мать потом быстро сменила гнев на милость и забыла о своих словах, сказанных сгоряча, а проклятие её продолжает действовать.
Писклявый голос собеседника, извинявшегося на все лады, выводил его из себя, и в итоге молодой человек решил сменить тему.
Мама решила сменить тему и сказала, что мы будем играть в одну дорожную игру, о которой она узнала из своего журнала.
И ведь весь ужас в том, что та мать потом быстро сменила гнев на милость и забыла о своих словах, сказанных сгоряча, а проклятие её продолжает действовать.