Неточные совпадения
Васса. Почему несчастны — я
не знаю, Людка. Вот Онегин с Натальей знают — по глупости. Но говорят — да я и сама видела, — умные-то несчастней дураков.
Васса. Богатые, конечно,
умнее, а живут дрянно и скудно. И никогда богатый
не веселится так от души, как бедный.
Васса. Тогда и говорить
не о чем, одним словом все сказано. Нет — жив, здоров и хороший, детеныш
умный. Он тебе зачем нужен?
Рашель. Позвольте… Я
не понимаю вас. Это вы серьезно? Это… допотопное что-то… Вы же —
умная, вы
не можете так думать.
Васса. Ты, Рашель,
умная, и, может быть, я неоднократно жалела, что ты
не дочь мне. Кажись, даже говорила это тебе! Я ведь все говорю, что думаю.
Рашель. Может быть, иногда, вы чувствуете усталость от хозяйства, но чувствовать бессмысленность, жестокость его вы —
не можете, нет. Я вас знаю. Вы все-таки рабыня.
Умная, сильная — а рабыня. Червь, плесень, ржавчина портят вещи, вещи — портят вас.
Людмила.
Не согласилась. Она стала скучная. Хуже стала, чем была. Неприятная.
Умные — все неприятные.
Жилось ему сносно: здесь не было ни в ком претензии казаться чем-нибудь другим, лучше, выше, умнее, нравственнее; а между тем на самом деле оно было выше, нравственнее, нежели казалось, и едва ли
не умнее. Там, в куче людей с развитыми понятиями, бьются из того, чтобы быть проще, и не умеют; здесь, не думая о том, все просты, никто не лез из кожи подделаться под простоту.
Неточные совпадения
Городничий. Эк куда хватили! Ещё
умный человек! В уездном городе измена! Что он, пограничный, что ли? Да отсюда, хоть три года скачи, ни до какого государства
не доедешь.
Лука Лукич.
Не приведи бог служить по ученой части! Всего боишься: всякий мешается, всякому хочется показать, что он тоже
умный человек.
Так как я знаю, что за тобою, как за всяким, водятся грешки, потому что ты человек
умный и
не любишь пропускать того, что плывет в руки…» (остановясь), ну, здесь свои… «то советую тебе взять предосторожность, ибо он может приехать во всякий час, если только уже
не приехал и
не живет где-нибудь инкогнито…
Осип, слуга, таков, как обыкновенно бывают слуги несколько пожилых лет. Говорит сурьёзно, смотрит несколько вниз, резонер и любит себе самому читать нравоучения для своего барина. Голос его всегда почти ровен, в разговоре с барином принимает суровое, отрывистое и несколько даже грубое выражение. Он
умнее своего барина и потому скорее догадывается, но
не любит много говорить и молча плут. Костюм его — серый или синий поношенный сюртук.
Пей даром сколько вздумаешь — // На славу угостим!..» // Таким речам неслыханным // Смеялись люди трезвые, // А пьяные да
умные // Чуть
не плевали в бороду // Ретивым крикунам.