Я давно уже не видал людей, которые умеют говорить просто и дружески,
понятными словами, — мне было невыразимо приятно слушать его.
Неточные совпадения
Я наткнулся на него лунною ночью, в ростепель, перед масленицей; из квадратной форточки окна, вместе с теплым паром, струился на улицу необыкновенный звук, точно кто-то очень сильный и добрый пел, закрыв рот;
слов не слышно было, но песня показалась мне удивительно знакомой и
понятной, хотя слушать ее мешал струнный звон, надоедливо перебивая течение песни.
Он чувствовал себя невиноватым за то, что не выучил урока; но как бы он ни старался, он решительно не мог этого сделать: покуда учитель толковал ему, он верил и как будто понимал, но, как только он оставался один, он решительно не мог вспомнить и понять, что коротенькое и такое
понятное слово «вдруг» есть обстоятельство образа действия.
Дыма ловил на лету все, что замечал в новом месте, и потому, обдумав не совсем
понятные слова Борка, покосился на лежавшего господина и сказал:
Потом внушается родителям и даже требуется от них под страхом наказания за неисполнение, чтобы ребенок был непременно крещен, т. е. обмокнут священником три раза в воду, причем читаются никому не
понятные слова и совершаются еще менее понятные действия, — мазание маслом разных частей тела, стрижка волос и дутье и плевание восприемников на воображаемого дьявола.
В каждой щели дома сидел человек, и с утра до поздней ночи дом сотрясался от крика и шума, точно в нём, как в старом, ржавом котле, что-то кипело и варилось. Вечерами все люди выползали из щелей на двор и на лавочку к воротам дома; сапожник Перфишка играл на гармонике, Савёл мычал песни, а Матица — если она была выпивши — пела что-то особенное, очень грустное, никому не
понятными словами, пела и о чём-то горько плакала.
Неточные совпадения
Варавка был самый интересный и
понятный для Клима. Он не скрывал, что ему гораздо больше нравится играть в преферанс, чем слушать чтение. Клим чувствовал, что и отец играет в карты охотнее, чем слушает чтение, но отец никогда не сознавался в этом. Варавка умел говорить так хорошо, что
слова его ложились в память, как серебряные пятачки в копилку. Когда Клим спросил его: что такое гипотеза? — он тотчас ответил:
Марина засмеялась. Каждый раз, беседуя с нею, он ощущал зависть к ее умению распоряжаться
словами, формировать мысли, но после беседы всегда чувствовал, что Марина не стала
понятнее и центральная ее мысль все-таки неуловима.
Впервые за все время связи с нею Клим услыхал в ее
словах нечто
понятное и родственное ему.
— Ни в одной стране люди не нуждаются в сдержке, в обуздании их фантазии так, как они нуждаются у нас, — сказал он, тыкая себя пальцем в мягкую грудь, и эти
слова, очень
понятные Самгину, заставили его подумать:
«Это она говорит потому, что все более заметными становятся люди, ограниченные идеологией русского или западного социализма, — размышлял он, не открывая глаз. — Ограниченные люди —
понятнее. Она видит, что к моим
словам прислушиваются уже не так внимательно, вот в чем дело».