Неточные совпадения
Сильные и наиболее дикие племена, теснимые цивилизацией и
войною, углубились далеко внутрь; другие, послабее и посмирнее, теснимые первыми изнутри и европейцами от берегов, поддались не цивилизации, а силе обстоятельств и оружия и идут в услужение к европейцам, разделяя их образ жизни, пищу, обычаи и даже религию, несмотря на
то, что в 1834 г. они освобождены от рабства и, кажется, могли бы выбрать сами себе место жительства и промысл.
У англичан сначала не было положительной
войны с кафрами, но между
тем происходили беспрестанные стычки. Может быть, англичане успели бы в самом начале прекратить их, если б они в переговорах имели дело со всеми или по крайней мере со многими главнейшими племенами; но они сделали ошибку, обратясь в сношениях своих к предводителям одного главного племени, Гаики.
Колониальное правительство принуждено было между
тем вытеснить некоторые наиболее враждебные племена, сильно тревожившие колонию своими мелкими набегами и грабежом, из занятых ими мест. Все это повело к первой, вспыхнувшей в 1834 году, серьезной
войне с кафрами.
Напротив, судя по расходам, каких требуют разные учреждения, работы и особенно
войны с кафрами, надо еще удивляться умеренности налогов. Лучшим доказательством этой умеренности служит
то, что колония выдерживает их без всякого отягощения.
С одной стороны, эти
войны оживляют колонию: присутствие войск и сопряженное с
тем увеличение потребления разных предметов до некоторой степени усиливает торговое движение.
Английские миссионеры между
тем, с своей стороны, как сказано выше, поджигали кафров к разрыву с европейцами, надеясь извлечь из этого свои выгоды.
Война была неизбежна и вскоре вспыхнула.
До 1846 г. колония была покойна,
то есть
войны не было; но это опять не значило, чтоб не было грабежей. По мере
того как кафры забывали о
войне, они делались все смелее; опять поднялись жалобы с границ. Губернатор созвал главных мирных вождей на совещание о средствах к прекращению зла. Вожди, обнаружив неудовольствие на эти грабежи, объявили, однако же, что они не в состоянии отвратить беспорядков. Тогда в марте 1846 г. открылась опять
война.
Между
тем губернатор Поттинджер был отозван в Мадрас и место его заступил отличившийся в
войне 1834 и 1835 гг. генерал-майор сэр Герри Смит, приобретший любовь и уважение во всей колонии.
После этого краткого очерка двух
войн нужно ли говорить о третьей, которая кончилась в эпоху прибытия на мыс фрегата «Паллада»,
то есть в начале 1853 года?
А когда Бен хотел распроститься,
тот просил его принять участие в
войне и помочь ему завладеть неприятелем.
Птица «секретарь» известна
тем, что ведет деятельную
войну с змеями.
Так и есть, как я думал: Шанхай заперт, в него нельзя попасть: инсургенты не пускают. Они дрались с войсками — наши видели. Надо ехать, разве потому только, что совестно быть в полутораста верстах от китайского берега и не побывать на нем. О
войне с Турцией тоже не решено, вместе с этим не решено, останемся ли мы здесь еще месяц, как прежде хотели, или сейчас пойдем в Японию, несмотря на
то, что у нас нет сухарей.
Но и инсургенты платят за это хорошо. На днях они объявили, что готовы сдать город и просят прислать полномочных для переговоров. Таутай обрадовался и послал к ним девять чиновников, или мандаринов, со свитой. Едва они вошли в город, инсургенты предали их
тем ужасным, утонченным мучениям, которыми ознаменованы все междоусобные
войны.
Лет двенадцать назад, еще до китайской
войны, привоз увеличился вдвое,
то есть более, нежели на сумму тридцать миллионов серебром, и привоз опиума составлял уже четыре пятых и только одну пятую других товаров.
Одна измена может погубить ее:
то есть если кому-нибудь удастся зажечь в ней междоусобную
войну, вооружить удельных князей против метрополии — тогда ей несдобровать.
Но для этого надо поступить по-английски,
то есть пойти, например, в японские порты, выйти без спросу на берег, и когда станут не пускать, начать драку, потом самим же пожаловаться на оскорбление и начать
войну.
Я помню, что в Шанхае ко мне все приставал лейтенант английского флота, кажется Скотт, чтоб я подержал с ним пари о
том, будет ли
война или нет?
Пари не состоялось, и мы ушли сначала в Нагасаки, потом в Манилу — все еще в неведении о
том, в
войне мы уже или нет, — и с каждым днем ждали известия и в каждом встречном судне предполагали неприятеля.
Пересев на «Диану» и выбрав из команды «Паллады» надежных и опытных людей, адмирал все-таки решил попытаться зайти в Японию и если не окончить,
то закончить на время переговоры с тамошним правительством и условиться о возобновлении их по окончании
войны, которая уже началась, о чем получены были наконец известия.
— Во всем так, друг любезный, Зиновий Алексеич, во всем, до чего ни коснись, — продолжал Смолокуров. — Вечор под Главным домом повстречался я с купцом из Сундучного ряда. Здешний торговец, недальний, от Старого Макарья. Что, спрашиваю, как ваши промысла? «Какие, говорит, наши промысла, убыток один, дело хоть брось». Как так? — спрашиваю. «Да вот, говорит, в Китае не
то война, не то бунт поднялся, шут их знает, а нашему брату хоть голову в петлю клади».
Неточные совпадения
Потом опять следовала героиня греческая Бобелина, [Бобелина — греческая партизанка, героиня
той же
войны.] которой одна нога казалась больше всего туловища
тех щеголей, которые наполняют нынешние гостиные.
Но я вас отгадал, милая княжна, берегитесь! Вы хотите мне отплатить
тою же монетою, кольнуть мое самолюбие, — вам не удастся! и если вы мне объявите
войну,
то я буду беспощаден.
Давно уже просил я у Бога, чтобы если придется кончать жизнь,
то чтобы кончить ее на
войне за святое и христианское дело.
Наконец в
том и в другом углу стало раздаваться: «Вот пропадает даром козацкая сила: нет
войны!..
— Как не можно? Как же ты говоришь: не имеем права? Вот у меня два сына, оба молодые люди. Еще ни разу ни
тот, ни другой не был на
войне, а ты говоришь — не имеем права; а ты говоришь — не нужно идти запорожцам.