Неточные совпадения
Я познакомился
с ними, мы пошли за город, к мосту, через мост по
полю, и
уже темным вечером, почти ощупью, воротились в город.
Пока еще была свежая прохлада, я сделал маленькую прогулку по
полям,
с маисом и виноградом, и воротился на балкон, кругом обсаженный розовыми кустами, миртами и другими,
уже отцветшими, деревьями.
Гладкая, окруженная канавками дорога шла между плантаций, фруктовых деревьев или низменных и болотистых
полей.
С дороги
уже видны густые, непроходимые леса, в которых гнездятся рыси, ленивцы, но всего более тигры.
Несмотря на длинные платья, в которые закутаны китаянки от горла до
полу, я случайно, при дуновении ветра, вдруг увидел хитрость. Женщины,
с оливковым цветом лица и
с черными, немного
узкими глазами, одеваются больше в темные цвета.
С прической а la chinoise и роскошной кучей черных волос, прикрепленной на затылке большой золотой или серебряной булавкой, они не неприятны на вид.
Орудия закрепили тройными талями и, сверх того, еще занесли кабельтовым, и на этот счет были довольно покойны. Качка была ужасная. Вещи, которые крепко привязаны были к стенам и к
полу, отрывались и неслись в противоположную сторону, оттуда назад. Так задумали оторваться три массивные кресла в капитанской каюте. Они рванулись, понеслись, домчались до средины; тут крен был так крут, что они скакнули
уже по воздуху, сбили столик перед диваном и, изломав его, изломавшись сами,
с треском упали все на диван.
Он так низмен, что едва возвышается над горизонтом воды и состоит из серой глины, весь защищен плотинами, из-за которых видны кровли,
с загнутыми уголками, и редкие деревья да борозды
полей, и то
уж ближе к Шанхаю, а до тех пор кругозор ограничивается едва заметной темной каймой.
Есть места вовсе бесплодные:
с них, по распоряжению начальства, поселенцы переселяются на другие участки. Подъезжая к реке Амге (это
уже ближе к Якутску), я вдруг как будто перенесся на берега Волги: передо мной раскинулись
поля, пестреющие хлебом. «Ужели это пшеница?» —
с изумлением спросил я, завидя пушистые, знакомые мне золотистые колосья. «Пшеница и есть, — сказал мне человек, — а вон и яровое!»
Одет он было в светло-серую летнюю пару и таковую же крылатку, на голове была маленькая,
с узкими полями, шляпа из черного фетра, в правой руке он держал изящный зонтик, а в левой — дорожный сак.
Неточные совпадения
Был вечер. Небо меркло. Воды // Струились тихо. Жук жужжал. //
Уж расходились хороводы; //
Уж за рекой, дымясь, пылал // Огонь рыбачий. В
поле чистом, // Луны при свете серебристом // В свои мечты погружена, // Татьяна долго шла одна. // Шла, шла. И вдруг перед собою //
С холма господский видит дом, // Селенье, рощу под холмом // И сад над светлою рекою. // Она глядит — и сердце в ней // Забилось чаще и сильней.
Но наше северное лето, // Карикатура южных зим, // Мелькнет и нет: известно это, // Хоть мы признаться не хотим. //
Уж небо осенью дышало, //
Уж реже солнышко блистало, // Короче становился день, // Лесов таинственная сень //
С печальным шумом обнажалась, // Ложился на
поля туман, // Гусей крикливых караван // Тянулся к югу: приближалась // Довольно скучная пора; // Стоял ноябрь
уж у двора.
— Всенепременно. У него теперь приращенье должно идти
с быстротой невероятной. Это ясно. Медленно богатеет только тот, у кого какие-нибудь сотни тысяч; а у кого миллионы, у того радиус велик: что ни захватит, так вдвое и втрое противу самого себя. Поле-то, поприще слишком просторно. Тут
уж и соперников нет.
С ним некому тягаться. Какую цену чему ни назначит, такая и останется: некому перебить.
Покончив
с этим, он просунул пальцы в маленькую щель, между его «турецким» диваном и
полом, пошарил около левого угла и вытащил давно
уже приготовленный и спрятанный там заклад.
— А журнал, это есть, братец ты мой, такие картинки, крашеные, и идут они сюда к здешним портным каждую субботу, по почте, из-за границы,
с тем то есть, как кому одеваться, как мужскому, равномерно и женскому
полу. Рисунок, значит. Мужской
пол все больше в бекешах пишется, а
уж по женскому отделению такие, брат, суфлеры, что отдай ты мне все, да и мало!