Неточные совпадения
Жар несносный; движения никакого, ни в воздухе, ни
на море. Море — как зеркало, как ртуть: ни малейшей
ряби. Вид пролива и обоих берегов поразителен под лучами утреннего солнца. Какие мягкие, нежащие глаз цвета небес и
воды! Как ослепительно ярко блещет солнце и разнообразно играет лучами в
воде! В ином месте пучина кипит золотом, там как будто горит масса раскаленных угольев: нельзя смотреть; а подальше, кругом до горизонта, распростерлась лазурная гладь. Глаз глубоко проникает в прозрачные
воды.
Что за заливцы, уголки, приюты прохлады и лени, образуют узор берегов в проливе! Вон там идет глубоко в холм ущелье, темное, как коридор, лесистое и такое узкое, что, кажется, ежеминутно грозит раздавить далеко запрятавшуюся туда деревеньку. Тут маленькая, обстановленная деревьями бухта, сонное затишье, где всегда темно и прохладно, где самый сильный ветер чуть-чуть
рябит волны; там беспечно отдыхает вытащенная
на берег лодка, уткнувшись одним концом в
воду, другим в песок.
Помню я этого Терентьева, худощавого,
рябого, лихого боцмана, всегда с свистком
на груди и с линьком или лопарем в руках. Это тот самый, о котором я упоминал в начале путешествия и который угощал моего Фаддеева то линьком, то лопарем по спине, когда этот последний, радея мне (без моей просьбы, а всегда сюрпризом), таскал украдкой пресную
воду на умыванье, сверх положенного количества, из систерн во время плавания в Немецком море.
Неточные совпадения
Чуть лёгкий ветерок подёрнет
рябью воду, // Ты зашатаешься, начнёшь слабеть // И так нагнёшься сиротливо, // Что жалко
на тебя смотреть.
Все более живой и крупной становилась
рябь воды в чане, ярче — пятно света
на ней, — оно дробилось; Самгин снова видел вихорек в центре темного круга
на воде, не пытаясь убедить себя в том, что воображает, а не видит.
В щель, в глаза его бил воздух — противно теплый, насыщенный запахом пота и пыли, шуршал куском обоев над головой Самгина. Глаза его прикованно остановились
на светлом круге
воды в чане, —
вода покрылась
рябью, кольцо света, отраженного ею, дрожало, а темное пятно в центре казалось неподвижным и уже не углубленным, а выпуклым. Самгин смотрел
на это пятно, ждал чего-то и соображал:
— Он и то с бурачком-то ворожил в курье, — вступился молодой парень с
рябым лицом. — Мы, значит, косили, а с угору и видно, как по осокам он ходит… Этак из-под руки приглянет
на реку, а потом присядет и в бурачок себе опять глядит. Ну, мы его и взяли, потому… не прост человек. А в бурачке у него
вода…
Речки и ручьи шумно бурлят, луга затоплены, легкий ветерок
рябит широкие
воды, и дрожащими золотыми переливами ярко горят они
на вешнем солнце.