Неточные совпадения
«А там есть какая-нибудь юрта, на том берегу, чтоб можно было переждать?» — спросил я. «Однако нет, — сказал он, — кусты есть… Да почто вам юрта?» — «Куда же чемоданы сложить, пока лошадей приведут?» — «А на берегу: что им доспеется? А не то так в лодке останутся: не азойно будет» (то есть: «Не тяжело»). Я задумался: провести
ночь на
пустом берегу вовсе не занимательно; посылать
ночью в город за лошадьми взад и вперед восемь верст — когда будешь под кровлей? Я поверил свои сомнения старику.
Тут я вспомнил все… холодные коридоры… пустые, масляной краской выкрашенные стены… и я ползу, как собака с перебитой ногой… чего-то жду… Чего? Горячей ванны?.. Укольчика в 0,005 морфия? Дозы, от которой, правда, не умирают… но только… а вся тоска остается, лежит бременем, как и лежала…
Пустые ночи, рубашку, которую я изорвал на себе, умоляя, чтобы меня выпустили?..
Неточные совпадения
Мне, однако, приятно, что я могу плакать! Впрочем, может быть, этому причиной расстроенные нервы,
ночь, проведенная без сна, две минуты против дула пистолета и
пустой желудок.
Финал гремит;
пустеет зала; // Шумя, торопится разъезд; // Толпа на площадь побежала // При блеске фонарей и звезд, // Сыны Авзонии счастливой // Слегка поют мотив игривый, // Его невольно затвердив, // А мы ревем речитатив. // Но поздно. Тихо спит Одесса; // И бездыханна и тепла // Немая
ночь. Луна взошла, // Прозрачно-легкая завеса // Объемлет небо. Всё молчит; // Лишь море Черное шумит…
Ах! мочи нет! робею. // В
пустые сени! в
ночь! боишься домовых, // Боишься и людей живых. // Мучительница-барышня, бог с нею. // И Чацкий, как бельмо в глазу; // Вишь, показался ей он где-то здесь, внизу.
Зови меня вандалом: // Я это имя заслужил. // Людьми
пустыми дорожил! // Сам бредил целый век обедом или балом! // Об детях забывал! обманывал жену! // Играл! проигрывал! в опеку взят указом! // Танцо́вщицу держал! и не одну: // Трех разом! // Пил мертвую! не спал
ночей по девяти! // Всё отвергал: законы! совесть! веру!
«Вот почему иногда мне кажется, что мысли мои кипят в
пустом пространстве. И то, что я чувствовал
ночью, есть, конечно, назревание моей веры».